Это - 5 историй, рассказанных Джимом Лонгером собственному другу в Ожоговом Центре перед гибелью. Не для кого не секрет то, что во время охоты на еще одну жертву Джим был схвачен ее папой. Вообразите себе один факт о том, что позже ку-клукс-клан, связанный Джим, костер. Необходимо подчеркнуть то, что ну а милиция, как постоянно, приехала поздно, хотя Джим был еще жив. Мало кто знает то, что итак,
История 1-ая
Как-то ранешным вечерком, утомившись от ругани со собственной, как большинство из нас привыкло говорить, коброй, я вышел пройтись. Всем известно о том, что достала меня и она, и крики наших, как мы с вами постоянно говорим, пятерых малышей (а у меня есть еще 11 от остальных баб). Все знают то, что в ближайшее время я задумывался насчет, как мы с вами постоянно говорим, того, что нужно бы чуть-чуть кровь, в конце концов, разогнать. Всем известно о том, что может я не очень шикарен, либо очень преуспел, либо очень прекрасен, но точно у меня есть одно дело, которое отлично выходит, это изготовка потомства. Мало кто знает то, что темные люди постоянно сиим отличались, а я даже больше, чем остальные. Несомненно, стоит упомянуть то, что как, мягко говоря, добираюсь куда нужно и кончаю, из моего семени малыши постоянно так сказать получаются.
Было уже мрачно. Как бы это было не странно, но ноги сами вывели меня к средней школе. Обратите внимание на то, что шел я по дорожке сзади, как все знают, открытой трибуны и лишь выбросил сигарету, как увидел вдалеке белоснежную девку, лишь что, как мы привыкли говорить, вышедшую из, как большинство из нас привыкло говорить, гимнастического зала. Всем известно о том, что на ней была, как мы привыкли говорить, школьная спортивная форма - маленькая юбка и свитер. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я задумывался, что она пойдет на автостоянку, но заместо этого девчонка двинулась поперек, как многие думают, футбольного поля. Все давно знают то, что видно, она собиралась пойти по дорожке, начинающейся сзади, как люди привыкли выражаться, открытой трибуны.
Я следил за ней. И действительно, вообще-то я не люблю, как все знают, белоснежных людей, а, как мы выражаемся, белоснежных шлюшек а именно. Мало кто знает то, что я думаю, бабы неплохи лишь для 1-го - рождать и, вообщем то, воспитывать малышей. Возможно и то, что а, стало быть, здесь таковая, как заведено выражаться, светская белоснежная стервочка. И действительно, выросла, небось, в неплохом белоснежном семействе, поступит позже в, мягко говоря, институт, выйдет за какого-либо белоснежного парня. Необходимо подчеркнуть то, что будут они жить в неплохом пригороде, купят несколько роскошных машин, и, уверен, на меня не поглядят. Очень хочется подчеркнуть то, что люблю я ставить таковых сволочей на место. Необходимо отметить то, что и метод есть неплохой для этого.
Я увидел, что место отлично подступало - оно было пустое и черное. Не для кого не секрет то, что никого вокруг не было. Как бы это было не странно, но лишь на ближнем шоссе было движение, больше никаких звуков. Всем известно о том, что а здесь лишь я и этот ребенок в, как большая часть из нас постоянно говорит, недлинной юбочке. Все знают то, что мой, как многие думают, большой темный член начал подниматься. Надо сказать то, что я улыбнулся, ну на данный момент, мягко говоря, начнется представление.
Я побежал вниз по дорожке к задней части трибуны, где девчонка обязана была быть через пару секунд, скрылся за деревом и вынул ножик (я постоянно ношу хотя бы один). Все знают то, что я пристально смотрел за ней из-за дерева - она, вообщем то, повернула и пошла прямо ко мне.
Сучка эта была среднего роста, с длинноватыми, как все знают, темными волосами. Всем известно о том, что чрезвычайно, как мы выражаемся, привлекательная, с особенным, как все говорят, невинным взором, который бывает лишь у совершенно молоденьких белоснежных женщин. Несомненно, стоит упомянуть то, что я думаю, что ей было, стало быть, лет 15 либо 16. Как бы это было не странно, но на ней был таковой толстый свитер, что под ним ничего не видно, но зато из-под недлинной, как все говорят, белоснежной юбки торчали прекрасные, как все знают, тонкие ножки. Надо сказать то, что она также может и была чрезвычайно, как многие выражаются, юный, но, судя по ногам, полностью созрела. Возможно и то, что мой член поднялся, затвердел и стал высшего свойства, пока я смотрел, как эта, как мы выражаемся, доверчивая дура также идет прямо ко мне, а ее бедрышки так изящно двигаются.
Она подошла ближе. Несомненно, стоит упомянуть то, что я был все еще сзади собственного дерева, она меня не лицезрела и прошла мимо. Несомненно, стоит упомянуть то, что несла она небольшой ранец, были в нем, наверное, лишь книжки и тетрадки с домашним заданием. Всем известно о том, что ее черные волосы были, как все знают, длинноватыми и, как мы привыкли говорить, густыми, сзаду они были перевязаны атласной, как люди привыкли выражаться, розовой лентой.
Рыча я прыгнул на нее. Необходимо отметить то, что прыгнул как животное, сходу закрыл ей рот ладонью и бросил на землю. Очень хочется подчеркнуть то, что она пронзительно заорала, а я взгромоздился на нее и поднес ножик к горлу. Все знают то, что в первый раз я близко увидел ее лицо. Несомненно, стоит упомянуть то, что она была вправду привлекательная, с большими коричневыми очами, небольшим обиженным ротиком и высочайшими скулами с несколькими, как мы привыкли говорить, разбросанными на их веснушками. Мало кто знает то, что сучка испуганно поглядела на меня и опять заорала. Возможно и то, что я стукнул ее по щеке и переместил ножик так, чтоб она могла его созидать.
- Заткнись, шлюха,- зарычал я на нее.
- Пожалуйста, мистер, не режьте меня, - хныкала девчонка.
Она, наконец, боролась подо, как мы привыкли говорить, мной, я ощущал ее тело и это привело мой член в безумие. Обратите внимание на то, что снова я прочно врезал ей по щеке и выкрутил руки за спину:
- Молчи, белоснежная сука, а то получишь еще! Ни звука! Будешь точно делать, все, что скажу, а то зарежу,- ясно?
Она что-то еще умоляюще пробормотала, но прекратила биться и так сказать кивнула головой. Возможно и то, что смотрела она на меня совсем беспомощно. Мало кто знает то, что я ощущал ласковый запах ее духов и мягенькие изгибы девичьего тела, тяжело дышал, а в моих трусах колотился член. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что но у меня уже был обеспеченный опыт, как большая часть из нас постоянно говорит, такового общения с белоснежными телками, так что свое дело я знал твердо.
Я запихнул руку ей под юбку, схватил трусики и залез в их пальцами. Возможно и то, что она опять завизжала и, наконец, забрыкалась. И действительно, мы снова начали биться, я это чрезвычайно люблю. Всем известно о том, что я потянул ее трусики вниз и попробовал снять их, но она также вырвалась, смогла, мягко говоря, вскочить и попробовала бежать. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я опять схватил ее и бросил на землю. Все знают то, что позже снова, в конце концов, забрался под юбку, сорвал трусики и откинул их куда-то в сторону. Очень хочется подчеркнуть то, что девчонка заорала "НЕТ !" и стала сопротивляться еще лучше. Не для кого не секрет то, что я даже опешил, как мощной была эта малая сучка. Обратите внимание на то, что мне как бы потребовались все силы, чтоб продолжать, наконец, придавливать ее и сразу также пробовать достать член. Обратите внимание на то, что но эта борьба лишь, наконец, возбудила меня, а орган, кажется, еще никогда не был так длинен и тверд.
В конце концов, я растянул его из штанов. Вообразите себе один факт о том, что ее глаза в страхе округлились, ведь в лунном свете сучка увидела всю красоту и размеры моего, как все знают, черномазого дружка. И даже не надо и говорить о том, что она уже сообразила, что будет далее, ее глаза, в конце концов, полыхнули ненавистью. Не для кого не секрет то, что может, она не наконец-то обожала как бы темных? Ну ничего, как я закончу с нею, она на самом деле познакомится с нашей, как заведено выражаться, работой. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что а основное, внесет свой вклад в повышение, как всем известно, темной расы.
Я рванул ввысь ее юбчонку. Надо сказать то, что поначалу она наконец-то пробовала сопротивляться, но я быстро задрал юбку, как все знают, намного выше талии. Необходимо отметить то, что из-за этого, правда, я уже не мог просто снять с нее свитер, а я чрезвычайно желал, вообщем то, узреть колыхания ее молоденьких белоснежных сисек, я постоянно люблю это следить. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что да хорошо, нельзя, мягко говоря, иметь все сходу, могу это как бы сделать и со последующей сучкой.
Всем весом я прижал ее, поудобней улегся и, в конце концов, ощутил, как, как заведено, мой горячий темный член 1-ый раз дотронулся до ее мягеньких холодных ног. Возможно и то, что лучше чем крэк, лучше чем виски! Я еле, вообщем то, сдержался, чтоб сходу не, стало быть, кончить! Она, естественно, изо всех сил напрягла и сжала ноги, как ощутила мой голодный член, стремящийся ее проткнуть. Необходимо подчеркнуть то, что это, как большая часть из нас постоянно говорит, маленькая сука не желала как раз облегчить мне работу.
- В чем дело, шлюха? Ты не хочешь получить черномазое семя? Очень хороша для этого?
Я опустил руки вниз меж ее бедер и попробовал их раздвинуть. Само-собой разумеется, кожа на внутренней стороне ляжек была таковой, как заведено, мягенькой и, как многие думают, шелковистой, что я не наконец-то удержался, погладил, а позже ущипнул. Необходимо отметить то, что от боли она взвизгнула.
Пару минут мы, вообщем то, боролись, я руками и коленями, стало быть, пробовал развести ее ноги. Очень хочется подчеркнуть то, что в конце концов мне это удалось и я пододвинул орган к ее щелке. Всем известно о том, что я нажал, но она, корчась, приподнялась на несколько дюймов, так что я промахнулся. Надо сказать то, что мы повторяли это пару раз и равномерно я все-же на сто процентов раздвинул и зажал ее ноги.
И, в конце концов, я в ее воротах! Сучка уже утомилась и лишь повизгивала, не орала. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я с удовольствием смотрел, как ее тело вертится в грязищи, как на ее длинноватые как бы темные волосы, распахнувшиеся широким веером, налипает мусор, плевки и окурки. Не для кого не секрет то, что и здесь я нашел то, на что и надеялся: она была девственница. Надо сказать то, что если б это была темная женщина, не меньше полусотни мужчин уже прошли бы через нее, и было бы у нее не меньше пары малышей. Само-собой разумеется, но эти, как всем известно, белоснежные бляди очень неплохи для этого, а, как многие думают, белоснежные мужчины - медленное и нерешительное говно. Возможно и то, что вот почему, как мы с вами постоянно говорим, хоть какой белоснежный когда-нибудь желает быть, как заведено, черным. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что так либо по другому, а у данной сучки я, наконец, собирался стать первым.
Она изо всех сил напряглась, но я продолжал медлительно вдавливаться в нее...
- Боже, НЕТ! Нет... нет...- она задохнулась и попробовала, изогнувшись, освободиться от меня, а я продолжал также держаться на ней и опять и опять, лучше и лучше, наконец, вдвигался в ее внутренности. Несомненно, стоит упомянуть то, что ее глаза смотрели прямо в мои, ее, как заведено, маленький рот сморщился в гримаску, ведь на моем лице она лицезрела лишь животную похоть. Очень хочется подчеркнуть то, что девчонка ощущала отвращение, я знал это, но это было говно. Всем известно о том, что я как бы собирался быть тем, кто я есть, независимо от того, на что она могла бы, мягко говоря, надеяться.
Очередной толчок и я откупорил ее. Не для кого не секрет то, что она издала смешной девичий визг, особенный визг юный, как многие думают, изнасилованной, как многие думают, белоснежной девственницы. Не для кого не секрет то, что я слышал это не один раз, но никогда не уставал слушать его опять и опять. Как бы это было не странно, но ее глаза сходу обширно раскрылись и она отчаянно попробовала сбросить меня. Мало кто знает то, что у нее, естественно, ничего не вышло, я лишь поглубже вдвинул ее пятую точку в грязюка и стал наконец-то толкать посильнее. Как бы это было не странно, но я еще поглубже наконец-то забрался вовнутрь ее извивающихся бедер, вдавливаясь в ее уже, как мы выражаемся, побежденную промежность.
- О Иисус, помоги мне!- завизжала она, когда я чуток ослабил нажим моего ствола. Всем известно о том, что но дюйм за дюймом равномерно я заходил в нее и делал это медлительно. Не для кого не секрет то, что она долго боролась и утомилась, а мой член уже на сто процентов исчез меж ее, как мы с вами постоянно говорим, холодными белоснежными бедрами.
Даже сейчас она еще продолжила, стало быть, корчиться, но это больше не имело значения. Возможно и то, что от ее сопротивления мне было лишь лучше. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ее ноги, дрожащие вокруг меня, все еще пинались. Всем известно о том, что она так сказать извивалась и отчаянно дергалась, чтоб как раз избежать собственной судьбы, невинная, как мы выражаемся, привлекательная белоснежная женщина, вращающаяся на конце моего члена-производителя. Возможно и то, что какой боец! Традиционно белоснежные девушки в этот момент уже, в конце концов, расслабляются, а эта продолжала сопротивляться. Надо сказать то, что но сейчас это было для нее поздно, сколько бы она не так сказать боролась. Надо сказать то, что мой неплохой старенькый черномазый изготовитель малышей благополучно работал меж ее, как всем известно, белоснежными бедрышками, делая то, что и полагалось наконец-то делать, вкручиваясь во влажное женское плодородие.
Я начал делать старенькый хороший "вверх-вниз". Возможно и то, что ее коричневые глазки смотрели сейчас на меня с отчаянием - она сообразила, что это уже случилось - она стала, как всем известно, изнасилованной черным, как заведено выражаться, мужчиной. Несомненно, стоит упомянуть то, что с каждым толчком она корчилась, стонала и визжала.
Я еще пробовал сдержаться, но больше уже никак не мог. Как бы это было не странно, но так что я прирастил темп, начал резко долбить ее и ощутил, как волна удовольствия росла в яичках и потом также спускалась вниз вдоль моего, как люди привыкли выражаться, длинноватого темного копья. Очень хочется подчеркнуть то, что она тоже это также увидела, стала задыхаться и еще лучше пинать меня. Вообразите себе один факт о том, что она знала, что как бы будет позже и пробовала отогнать окончательное завоевание. Несомненно, стоит упомянуть то, что мои яичка снова наконец-то стукнули по ней... и я, вообщем то, взорвался. И даже не надо и говорить о том, что как животное в горячке, я насильственно влил в нее мое семя.
- Нет, нет, нет,- она шептала, шептала уже тихо.
Она смотрела на меня каким-то в особенности густым и умиротворенным взором, я знал, что она ощущала в для себя, как люди привыкли выражаться, струю спермы, вторгающуюся в нее, подобно армии, входящей в побежденный город. И действительно, она была побеждена, осквернена, лишилась девственности, и больше не было никакой предпосылки биться, а я опять и опять выстреливал мое семя глубоко вовнутрь ее тела. Все давно знают то, что я задумывался, что моя струя никогда не кончится, так триумфально я так сказать спаривался с данной привлекательной школьницей. Всем известно о том, что она стонала и вдавливала спину во, как мы выражаемся, мокроватую землю, а все ее тело содрогалось, против собственной воли она, вообщем то, преобразовывалась из невинной девушки в, как заведено, страстную белоснежную даму, принадлежащую черному мужчине.
В конце концов она стала, как большая часть из нас постоянно говорит, вялой и на сто процентов, в конце концов, подчинилась судьбе. Очень хочется подчеркнуть то, что ее нежное тело как раз валялось в грязищи, ноги были раздвинуты, позволяя мне делать все, что я желал. И даже не надо и говорить о том, что вы осознаете, что я сиим наконец-то пользовался. И действительно, я приподнялся на локтях, поднял юбку еще выше, на сто процентов обнажив весь животик и поглядел вниз. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что даже в темноте было видно, какая, как мы выражаемся, теплая у нее кожа. Надо сказать то, что животик светился каким-то, как многие думают, голубоватым светом, в центре выделялся маленький плотненький пупочек, а ниже белоснежную кожу чуток затеняли редкие, как люди привыкли выражаться, черные курчавые волосики. Очень хочется подчеркнуть то, что а еще ниже в ее мякоть, меж ее мягенькими холодными бедрами я вонзал собственный член, и вонзал с таковой скоростью, как мог, наслаждаясь чувством тугого, прочно сжимающего меня влагалища и время от времени впрыскивая остатки спермы.
Я кончил и встал с нее. Мало кто знает то, что девчонка хныкала, ее маленькая юбка была поднята практически к шейке, животик с тугим пупочком и черный треугольник меж ногами на сто процентов, стало быть, обнажены, а сами ноги обширно, наконец, разведены, шлюшка даже, мягко говоря, поленилась их двинуть. Очень хочется подчеркнуть то, что видно, она меня уже совершенно не, стало быть, смущалась. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что тем лучше, мне все было видно. Всем известно о том, что вся ее раскрытая промежность, из влагалища которой к заднему отверстию сейчас слегка наконец-то сочилось мое семя, все ее, как мы с вами постоянно говорим, розовые губы, чуток, как мы привыкли говорить, запачканные кровью от прорванной целки и сходящиеся вверху в небольшой осторожный венчик, короче все ее хозяйство, бесстыдно выставленное на обозрение. Необходимо отметить то, что я с как бы опаской поглядел вокруг, но никого не увидел. Все знают то, что потому я решил отдать ей еще пару уроков.
Я схватил девчонку за волосы и принудил встать на колени. Необходимо отметить то, что я люблю иметь школьниц, как все говорят, по-всякому, а сейчас она, стало быть, будет счастлива на сто процентов обслужить меня. Обратите внимание на то, что в конце концов сучка была уже заполнена моей спермой там, где это так сказать полагалось, так что еще незначительно в ее мозгах не, наконец, будет иметь для нее, как всем известно, особенного значения. Не для кого не секрет то, что она, казалось, сообразила, что я желаю, но не сделала никакого усилия, чтоб этого избегнуть либо хотя бы сопротивляться.
Мой длиннющий темный член был опять тверд. Мало кто знает то, что я со хохотом стукнул им по ее лицу:
- Ты же знаешь, что, стало быть, делать, давай, начинай.
Девчонка так сказать заколебалась, так что я взял член и ткнул его ей в губки. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что на мгновение она их сжала, но сходу увидела мой предупреждающий взор. Мало кто знает то, что ее рот открылся.
- Давай, соси,- улыбнулся я.
Это было так же отлично, как постоянно. Надо сказать то, что я пихал орган мимо ее зубов, вдоль ее, как заведено выражаться, мягенького языка и вниз по ее горлу. Все знают то, что он на сто процентов заполнил ей рот, она практически не могла дышать, но не сделала никаких попыток как раз вырваться.
- Соси, сука,- отдал приказ я,- и заглатывай лучше.
Я ощущал, как ее рот плотно облегает мой орган, ощущал нежное напряжение всасывания, трущееся движение ее языка. Как бы это было не странно, но я схватил ее голову и начал как бы насаживать на себя ее лицо. Всем известно о том, что это было красивое зрелище - мой большой старенькый уродливый член, толкающийся в эту молоденькую, как большинство из нас привыкло говорить, белоснежную мордашку. И действительно, мои как бы волосатые темные яичка с как бы каждым толчком также били ее по щекам. Само-собой разумеется, я отдал приказ девчонке держать глаза, как все знают, открытыми, чтоб она могла, вообщем то, созидать в действии все мои, как всем известно, большие черномазые части. Само-собой разумеется, с удовольствием смотрел я на ее глазища, обязанные разглядывать все это. Все давно знают то, что руками я держал ее, как все говорят, длинноватые шелковистые волосы, и ими заведовал движением члена снутри ее головы. Мало кто знает то, что медлительно я развязал и сорвал, как большинство из нас привыкло говорить, розовую ленту с ее волос, они рассыпались и свалились. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что все, что я мог так сказать созидать после чего, это темный член, толкающийся через волосы в ее лицо. Не для кого не секрет то, что я желал бы это сфотографировать на память. И даже не надо и говорить о том, что это - то, как должны, вообщем то, окончить свое невинное существование все, как все говорят, белоснежные девушки.
Не было никаких звуков, не считая, как всем известно, теплого сосания и чмокания моей новейшей девушки. Как бы это было не странно, но через мгновение я ощутил снутри новейшую волну. Всем известно о том, что я крепче схватил ее голову и напряженно насадил ее на себя. Очень хочется подчеркнуть то, что девчонка уже отлично знала, что, в конце концов, будет далее, но ее голова покорно как раз наклонилась. И даже не надо и говорить о том, что тогда я выстрелил собственный груз. Всем известно о том, что она задохнулась и попробовала вытолкнуть мой орган изо рта, но лишь так сказать попробовала и продолжала делать все, что нужно. И даже не надо и говорить о том, что шлюшка сосала и глотала с, как большая часть из нас постоянно говорит, таковой скоростью, как могла. Все давно знают то, что но ее скорость была ниже моей и узкая струйка черномазой спермы потекла вниз по ее подбородку.
Я вынул член из ее губ и женщина шумно плюхнулась на землю, кашляя и вытирая, как всем известно, рукою перепачканный рот. Несомненно, стоит упомянуть то, что было приятно, стало быть, глядеть на ее голые, как всем известно, длинноватые ноги, маленькую юбку, привлекательное лицо, понимая, что моя, как всем известно, темная сперма наконец-то плавает на данный момент в ее внутренностях, исследуя и оплодотворяя их.
Я, как все говорят, незначительно расслабился и вспомнил о том, что желал с самого начала:
- А сейчас покажи свои сиськи.
- Для чего?
- Что?!! Для чего?! А, как мы привыкли говорить, поэтому, что я так желаю!
Девица замолчала, но не делала никаких движений и лишь умоляюще поглядела на меня.
- Ну!! Кому сказано?!
- Не нужно...
- Почему это, любопытно?
- Мне постыдно...
Я засмеялся. Надо сказать то, что трахаться со мной ей было не постыдно, лежать с раскрытым влагалищем не постыдно, отсасывать меня не постыдно, а так сказать здесь вдруг, в конце концов, застыдилась.
- Давай, сучка, кому сказано. Несомненно, стоит упомянуть то, что отыскала чего же стыдиться. И действительно, меня-то уж сейчас можешь не стесняться,- уже мягче произнес я.
- Но я еще никогда никому их не демонстрировала... Очень хочется подчеркнуть то, что никто из мужчин их никогда не лицезрел...- захныкала эта дура.
- А мне покажешь! Ну, живо,- я уже начал сердиться.
Девченка обреченно поглядела на меня и, не издав больше ни звука, покорно также потянула ввысь собственный свитер. Необходимо отметить то, что она подняла его до плеч, завела руки за спину, расстегнула лифчик, приподняла его ввысь и, в конце концов, обнажила грудки. Несомненно, стоит упомянуть то, что они были мелкие, но твердые, с остренькими розовыми сосочками, смотревшими в, как все знают, различные стороны. Не для кого не секрет то, что обеими руками я взялся за их, погладил, позже одной, как люди привыкли выражаться, рукою слегка похлопал по груди, а иной несильно ущипнул за сосок. Возможно и то, что кожа на груди была, как все знают, теплая, гладенькая, а сосочек небольшой, но жесткий. Возможно и то, что я решил еще чуть-чуть поразвлечься:
- Покачай ими!
- Для чего? Вы ведь уже все лицезрели и потрогали их,- тихонько пропищала она.
- А потом! Для тебя что, снова постыдно?
- Да... И даже не надо и говорить о том, что я ни перед кем это не делала...
Даже в темноте я увидел, что она покраснела, да так, что вся стала багровой, не только лишь лицо, но даже шейка.
- А передо мной будешь! Понятно?
Она, стало быть, всхлипнула, шмыгнула носом, но также кивнула. И даже не надо и говорить о том, что а позже взяла каждую грудь в ладонь и чуть-чуть, вообщем то, поводила кистями ввысь и вниз. Всем известно о том, что да, эта, как заведено, белоснежная сучка была совсем подломлена, сейчас наверно, не было ничего, что бы она как раз отказалась сделать! Я одобрительно похлопал ее по щеке, снова схватил за сосок и чуть-чуть потрепал. Обратите внимание на то, что она поглядела на меня и вымученно улыбнулась.
Белоснежный мужчина издавна бы уже ничего не мог не желал, но я темный, потому соки у меня еще, стало быть, оставались.
- Пора сейчас наконец-то поместить моего малыша в твой животик, ежели его еще там, наконец, нет,- хохотал я.
Она лишь поглядела на меня своими, как все знают, большими коричневыми очами. Мало кто знает то, что по ее подбородку все еще текла сперма, ее белоснежные ноги были все еще, наконец, обнажены и раздвинуты, свитер и лифчик задраны ввысь, голые груди смотрели прямо на меня. Все знают то, что у нее был взор, как многие думают, изнасилованной школьницы, наилучший взор в мире. Не для кого не секрет то, что я знал, что я мог бы как раз делать сейчас все, что я желал.
Я поставил ее на четвереньки раком. Несомненно, стоит упомянуть то, что моя, как все знают, новенькая подруга была сейчас на сто процентов покорна и позволяла делать с, как большинство из нас привыкло говорить, собой все, что угодно. Обратите внимание на то, что я предполагаю, что удар спермы по мозгам, а позже к тому же демонстрация сисек совсем сломали ее дух. Не для кого не секрет то, что я чуть-чуть подтянул ввысь ее юбку и запихнул меж ягодиц, как мы выражаемся, собственный темный член.
Это была с ней самое наилучшее трахание. И даже не надо и говорить о том, что я лишь долбил глуповатую даму и вид этого, как мы привыкли говорить, белоснежного ребенка, в каком колотится, как мы привыкли говорить, мой член, был чрезвычайно неплох. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ее, как заведено, длинноватые черные волосы, висячие вокруг нее, голый зад, голые грудки, и чуть-чуть визга с, как заведено выражаться, каждым толчком. Все знают то, что мой длиннющий темный член сейчас не встречал в ней, как мы с вами постоянно говорим, никакого сопротивления и скоро я начал, в конце концов, выстреливать собственный груз в, как заведено выражаться, самую глубину ее внутренностей. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что с каждым выстрелом она стонала, ее маленькие ноги вертелись и заставляли меня начинать опять. Не для кого не секрет то, что потребовалось чрезвычайно, как люди привыкли выражаться, много толчков до этого, чем я был опустошен, но в конце концов я на сто процентов кончил.
Я вынул член. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что женщина свалилась на животик и тихонько повизгивала, или от боли, или от удовольствия совокупления с реальным, как все знают, черномазым. Все знают то, что я запихнул член в брюки, и, хотя ощущал, что мог бы еще, но пора было уходить пока никого наконец-то нет.
Но самое приятное зрелище ждало меня годом позднее. Обратите внимание на то, что я шел по улице и вдруг увидел эту даму. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что она везла, как мы с вами постоянно говорим, детскую коляску, в какой посиживал и хохотал большой темный малыш. Несомненно, стоит упомянуть то, что я быстро поглядел на него - точно, он был наверное мой: темная кожа, толстые губки и скошенный, как у меня лоб. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что женщина была еще достаточно симпатична, но приметно потяжелела и имела незначительно загнанный вид. Вообразите себе один факт о том, что но это уже ее неувязка. Все давно знают то, что и как бы здесь я увидел, как иная белоснежная школьница вышла из магазина. Несомненно, стоит упомянуть то, что ее, как мы с вами постоянно говорим, светлые волосы были уложены "конским хвостом", а, как многие выражаются, тонкие ноги непревзойденно смотрелись в недлинной юбке из шотландки. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что она пошла в сторону парка. Необходимо подчеркнуть то, что я следовал за ней.
История 2-ая
Время от времени с девушками так сказать выходит все очень просто и просто, а время от времени, в конце концов, требуется непростая работа. Вообразите себе один факт о том, что несколько месяцев назад в мои руки попала одна школьница и схватку с ней я просто выиграл, оставив в ее животике, как мы выражаемся, здорового темного малыша. И даже не надо и говорить о том, что но в этом случае, о котором я на данный момент расскажу, пришлось наконец-то потрудиться лучше.
Ей было, думаю, лет 15 либо около, как большая часть из нас постоянно говорит, того. Обратите внимание на то, что она была блондинка с длинноватыми волосами, уложенными в "конский хвост". Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ее грудки как раз казались малеханькими, но я уверен, через несколько лет они стали бы крупнее и еще симпатичнее. Всем известно о том, что у нее были чрезвычайно длинноватые ноги - как раз то, что я вправду люблю. Мало кто знает то, что она также носила одну из школьных униформ - белоснежная блузка, маленькая юбка из шотландки, белоснежные носочки. Очень хочется подчеркнуть то, что лицо ее было чрезвычайно, как многие выражаются, юным, вправду привлекательным и невинным, с большими голубыми глазками и, как многие думают, носиком-кнопкой. И действительно, когда я смотрел, как она идет в школу, как ее бедрышки по-девичьи слегка, в конце концов, приподнимают и без, как заведено, того, как все знают, маленькую юбку, мне казалось, что мой член, в конце концов, взорвется. Все давно знают то, что проклятие, я желал эту сучку! И как бы собирался добраться до нее!
В 1-ый раз я увидел ее, когда она как раз выходила из магазина. Возможно и то, что я пошел за ней к автостоянке, но на этом пути было очень оживленно. Не для кого не секрет то, что так что я проследил за ней, вызнал, где она живет, в какую прогуливается школу, и все другое. Необходимо отметить то, что день за деньком, ночь за ночкой, я следил. И даже не надо и говорить о том, что она была чрезвычайно аккуратна и практически всегда была с кем-то, кто мог ее как раз защитить. Само-собой разумеется, ее предки работали, но мама традиционно рано приходила, как всем известно, домой. И даже не надо и говорить о том, что и еще у нее была сестра, приблизительно на год постарше, которая тоже постоянно крутилась вокруг.
Но как-то в четверг деньком я в конце концов нашел, что она обязана придти, как большая часть из нас постоянно говорит, домой ранее, как все говорят, обыденного, а ее предки и сестра еще два-три часа будут, в конце концов, отсутствовать. Очень хочется подчеркнуть то, что у меня уже несколько недель не было дам, не считая собственной кобры, и давление внизу становилось невыносимым. Всем известно о том, что но сейчас я собирался, мягко говоря, поиметь, как многие выражаются, новейшую белоснежную подругу.
Это был как бы большой дом в глубине улицы. Все знают то, что время от времени я, как большая часть из нас постоянно говорит, незначительно обчищал квартиры, делая из этого как бы маленький бизнес, так что забраться в дом было для меня нетрудно. Необходимо подчеркнуть то, что и ее комнату я тоже отыскал без усилий. И даже не надо и говорить о том, что комната была вся в розовых и белоснежных тонах, а на кровати лежало несколько подушек-кроликов. Возможно и то, что мне стало смешно, ведь я как раз и также собирался перевоплотить эту, как мы выражаемся, маленькую сучку в сладострастно совокупляющегося зайчика. Само-собой разумеется, я залез в ее туалетный столик и в выдвижном ящике отыскал ее трусики. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что итак вот что находится под данной, как мы привыкли говорить, юбкой, улыбнулся я, вот что я стащу с нее.
Я услышал, как открылась, как большинство из нас привыкло говорить, входная дверь. Все давно знают то, что я зашел в ее туалет, прикрыл дверь и стал, в конце концов, ожидать...
Ожидал долго и стал уже, мягко говоря, изнывать от нетерпения. Мало кто знает то, что где же эта блядь? Может, походить по, как многие выражаются, дому и поискать ее? Может, она глядит телек либо так сказать делает что-то еще? Но, наконец, здесь послышались шаги. Возможно и то, что через дверную щель я увидел, что дверь спальни открылась и она зашла туда. Вообразите себе один факт о том, что моя девченка была в, как многие думают, школьной форме, ее волосы лежали "конским хвостом" на спине. Мало кто знает то, что она шла к, как многие выражаются, туалетному столику. Несомненно, стоит упомянуть то, что я тихо дышал и надеялся, что сучка не увидит меня. Не для кого не секрет то, что так и, мягко говоря, случилось, она лишь взяла как бы розовую гребенку, но после чего сходу пошла прямо к туалету!
Говно, представление, мягко говоря, начинается, поразмыслил я, и приготовился. Не для кого не секрет то, что она открыла дверь и блузкой, в конце концов, дотронулась до моей руки. Все давно знают то, что я стоял сзаду и лицезрел, что ее рука кое-где в дюйме от меня начала приподнимать юбку, видно, пописять захотела. Необходимо отметить то, что я увидел очередные трусики, лишь уже не в столике, а на ней. Вообразите себе один факт о том, что решил было поглядеть, как она сама трусы спустит и сядет на унитаз, но мой член колотился и требовал действий. Надо сказать то, что я поразмыслил, что времени мне на все не хватит, достал ножик и схватил ее руку.
В 1-ый момент женщина была так потрясена, что не могла ничего делать. Всем известно о том, что она лишь дернулась в моей, как большинство из нас привыкло говорить, волосатой лапе, позже обернулась и увидела меня - огромного темного насильника. Вообразите себе один факт о том, что ее рот открылся, готовясь орать. И действительно, я ждал этого и атаковал - схватил ее в охапку, бросил через всю комнату как бы спиной на кровать и навалился сверху. Очень хочется подчеркнуть то, что она пронзительно заорала.
- Молчи, сучка, либо я тебя кончу,- я произнес ей, отдал крепкую пощечину и показал ножик.
Она нервно дышала, но больше не орала и ничего не говорила. Как бы это было не странно, но она была в шоке не знала, что делать. Необходимо подчеркнуть то, что было видно, что она не, стало быть, собиралась драться со, как мы выражаемся, мной. Несомненно, стоит упомянуть то, что ну и непревзойденно, хотя, если честно, я люблю, когда девушки чуть-чуть поборются перед тем, как заберешься к ним в животик.
Ну а эта пока не сопротивлялась. Вообразите себе один факт о том, что мордашка у нее была привлекательная, может даже прекрасная. Несомненно, стоит упомянуть то, что и ее маленький ротик мне чрезвычайно приглянулся, так что я решил наконец-то начать с него, тем паче, что член, как многие выражаются, мой уже изнемогал. Не для кого не секрет то, что нельзя было, стало быть, дозволить времени, в конце концов, уходить впустую. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я стащил сучку с кровати, поставил на колени впереди себя и расстегнул молнию.
- Пожалуйста, не бейте меня, пожалуйста, не_- шептала женщина. Возможно и то, что она покачивалась из стороны в сторону, как листок на дереве. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что а я уже вынул из штанов свою, как многие выражаются, черномазую дубину, толстую, черную и пульсирующую. И действительно, ее, как мы выражаемся, голубые глаза, и без того огромные, совершенно как раз округлились и из их наконец-то хлынули слезы. Вообразите себе один факт о том, что говно, сейчас она начала как раз причитать совершенно без умолку. Надо сказать то, что я уверен, ранее она никогда не лицезрела вообщем никакого члена, даже меньше моего черномазого. Все давно знают то, что она попробовала так сказать встать, но я еще разок вмазал ей по морде и, стало быть, снова кинул на колени. Все знают то, что это было хорошее зрелище, как она, мягко говоря, стоит на коленях и широченными, как большинство из нас привыкло говорить, выпученными глазищами глядит на, как все знают, мой голодный член.
- Соси меня, сучка, и заглатывай,- отдал приказ я и ткнул член ей в губки, но женщина была так испугана, что ничего не соображала, а уж что-то делать и подавно не могла. Возможно и то, что так что я схватился за "конский хвост" и опустил ее лицо для себя меж ног. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я практически кончил, когда дотронулся членом до ее, как мы выражаемся, бардовых губ, тогда и она так сказать отвернула мордашку в сторону. Мало кто знает то, что я отдал ей еще одну пощечину, вернул лицо на место и, мягко говоря, снова надавил на ее губки. Само-собой разумеется, медлительно ее рот открылся и я начал в него заходить.
- О, говно,- бормотал я, а член скользил в ее маленький рот, дюйм за дюймом. Вообразите себе один факт о том, что в ее, как мы привыкли говорить, левой щеке начала расти и, мягко говоря, двигаться, как люди привыкли выражаться, толстая неровность. Не для кого не секрет то, что я взялся за ее голову, как заведено, 2-ой рукою, изменил направление и стал двигаться вниз по ее горлу. Несомненно, стоит упомянуть то, что у основания члена, наконец, чувствовались ее остренькие зубы, а ее язык терся о мою кожицу.
Как и все юные, как заведено, белоснежные она не знала, что такое реальный удар судьбы. Все знают то, что когда она начала сосать член, она была как утопающая, хватающаяся за соломинку. Необходимо отметить то, что и все таки так сказать нет ничего приятнее, как все говорят, первого в жизни сосания школьницы-девственницы! Правда, опыта еще как бы нет, но он быстро набирается, и наконец-то здесь я для тебя помогу - поразмыслил я и стал, стало быть, двигать ее лицо вперед-назад, насаживая на свое копье. Все давно знают то, что а в заслугу за обучение, которое я ей давал, я любовался данной юный, как большая часть из нас постоянно говорит, белоснежной девственницей, стоящей на коленах и сосущей мою мужественность.
Я ощутил подъем первого груза темного семени и приготовился выстрелить. Вообразите себе один факт о том, что но тогда она меня чрезвычайно обидела, в последнюю секунду отвела голову назад, и практически вся моя драгоценная сперма вышла напрасно, летя ей в морду и волосы. Обратите внимание на то, что я вправду ссал кипяточком, что она не глотала, а в самый момент, как многие думают, мой драгоценный шланг так сказать оказался на улице.
- Что, я не достоин тебя, сука, наполнить, а, белоснежная блядь?- заорал я, утратив над, как большая часть из нас постоянно говорит, собой контроль, схватил ее за что попало и бросил обратно на как бы кровать, пару раз двинул ей кулаком в челюсть, грудь, животик и еще куда-то. Несомненно, стоит упомянуть то, что она заорала и стала умолять меня тормознуть. Все знают то, что от этого я чуток пришел в себя, а то преобразовал бы ее в труху.
Я оседлал ее голову и вновь запихнул член ей в рот, задвигая его в гортань. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что а она, сука, снова так сказать решила покрутиться. Как бы это было не странно, но ну я ей еще разочек врезал и на этом ее сопротивление закончилось, я задвинул еще поглубже, и мои, как мы привыкли говорить, волосатые темные яичка стали так сказать ударять по ее привлекательной мордашке. Мало кто знает то, что я сделал всего несколько глубочайших ударов и сходу ощутил 2-ое прибытие груза. Необходимо отметить то, что здесь я напряженно ее схватил и выстрелил, небось, прямо ей в мозги. Очень хочется подчеркнуть то, что она лишь сжала губки, но сейчас уже не пробовала как раз удрать, лишь закрыла глаза и глотала с таковой скоростью, как могла. Очень хочется подчеркнуть то, что о, какой, как большая часть из нас постоянно говорит, большой я ощущал свою дубину, когда откачивал из нее сперму!
Я спускал. Всем известно о том, что она растянулась на спине, побежденная, с, как большинство из нас привыкло говорить, тоненькой струйкой спермы, вытекающей из уголка рта, липкими волосами. Необходимо отметить то, что через их я заведовал движениями ее головы, от этого в руке было чувство, как многие выражаются, ласковой шелковистости. Мало кто знает то, что я вынул член изо рта и чуть-чуть кончил на ее лицо, молвят, для волос и лица это красивый бальзам, вот я ее и полечил. Несомненно, стоит упомянуть то, что так что скоро вся ее голова со всех сторон была как бы липкая от моего семени.
Играя, я слегка щелкнул ее членом по носу и, повернув голову, поглядел на ее тело. Все давно знают то, что ее, как мы привыкли говорить, тонкие белоснежные ляжки были слегка раздвинуты, а, как большинство из нас привыкло говорить, школьная юбка приподнята на несколько дюймов. Необходимо отметить то, что говно, я поразмыслил, ведь я ее даже не лишил девственности. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что будучи, как заведено выражаться, потрясающим черным производителем я не, в конце концов, беспокоился насчет собственных способностей, беспокоился я насчет времени.
Так что я начал работать. И действительно, нужно огласить, что моя женщина больше не, стало быть, собиралась сопротивляться. И даже не надо и говорить о том, что ее глаза были закрыты, дышала она шумно, но больше не делала попыток как раз вырваться. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ну и мне борьба порядком надоела.
Я расстегнул ее блузку и поднял лифчик. Все знают то, что они были здесь как здесь, две мелкие девичьи грудки, а меж ними висел крест! Означает, она католичка, означает никаких абортов не, мягко говоря, будет!
Я схватил эти сисечки и хорошо их пощупал. Обратите внимание на то, что они были гладенькие, твердые, с совершенно малеханькими сосочками, окруженными, как заведено, ласковым розовым ореолом. Необходимо отметить то, что я слегка лизнул соски, а позже стал каждый как раз сосать и достигнул, что они набухли и затвердели. И действительно, девченка при всем этом, наконец, напряглась, видно начало ее, в конце концов, пронимать, и немножко также попробовала встать, но я влепил ей как бы новейшую пощечину и она сама как раз улеглась. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что одну руку я запустил ей под юбку, схватил ее трусики и начал тянуть их вниз.
- О, пожалуйста, не нужно, у меня же еще, как большая часть из нас постоянно говорит, никого не было,- она умоляюще, наконец, попросила. Очень хочется подчеркнуть то, что я засмеялся. Все знают то, что эта сосулька, мягко говоря, решила, что приостановит меня собственной целкой.
- Конкретно, как мы выражаемся, поэтому я тут, белоснежная сучка,- начал я как раз глумиться над ней, а она предприняла, как большинство из нас привыкло говорить, новейшую робкую попытку, мягко говоря, освободиться - она, небось, задумывалась, что ее отсосы выручили ее, так как у меня больше не наконец-то встанет. Очень хочется подчеркнуть то, что но сейчас она уже сообразила, что темный производитель есть темный производитель, что она, наконец, ошиблась и, наконец, будет по-настоящему изнасилована черным, как многие выражаются, мужчиной, потому и, мягко говоря, попробовала в крайний раз также защититься. И даже не надо и говорить о том, что я просто опрокинул ее на спину и подготовился для заключительного завоевания.
Я задрал ее юбку и улегся меж ее ногами, вынуждая их раздвинуть, и, как все знают, мой голодный орган, стало быть, оказался меж ее мягенькими холодными ляжками. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что говно, он ощущал себя таковым огромным! Она все еще боролась, но чувство этих вращающихся ляжек и лодыжек лишь делало его еще длиннее и настойчивей. Само-собой разумеется, с одним мощным толчком мой темный член просочился в нее.
- О, Боже, нет_- орала она, пока я, наконец, вдвигался в нее, дюйм за дюймом осторожно пробирался в ее юное девственное тело, а через несколько секунд она была уже на сто процентов наколотой. И действительно, чувство, как заведено, юный свежепроткнутой щелки школьницы - как это приятно!
Влагалище у нее было еще, стало быть, напряжено, а я уже начал старенькый хороший "вверх-вниз". Вообразите себе один факт о том, что она в это время была на сто процентов вялой. Очень хочется подчеркнуть то, что время от времени лишь она чуть-чуть подвизгивала, когда я в особенности твердо ее долбил, но, не считая этого, она уже совершенно, наконец, сдалась. И даже не надо и говорить о том, что так что всегда я мог растрачивать на самое сладкое, я поднял ее ноги назад и глубоко вминал ее в свою, наконец, кровать. И даже не надо и говорить о том, что ее ноги были сейчас в воздухе и опирались на мои плечи. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что на ней все еще были одеты ее маленькие темные, как мы привыкли говорить, кожаные туфельки и носки и ногами она вроде бы обнимала меня за шейку. Не для кого не секрет то, что ее глаза были изо всех сил также зажмурены, а покрытый, как многие выражаются, спермой "конский хвост" болтался поперек кровати, которая скрипела с, как многие думают, каждым толчком. Всем известно о том, что грудки ее были устойчивы, а крест подпрыгивал меж ними в такт тому, как я делал из данной, как люди привыкли выражаться, малеханькой невинной, как мы выражаемся, белоснежной сучки, как мы выражаемся, свиную отбивную.
В конце концов я больше не мог, мягко говоря, продолжать. Обратите внимание на то, что я ощутил большой сгусток спермы, поднимающийся от моих яиц. И даже не надо и говорить о том, что член стал еще больше длинноватым и заработал лучше. Необходимо подчеркнуть то, что огромные голубые глаза девушки, мягко говоря, раскрылись - она знала, что на данный момент случится в ее внутренностях. Надо сказать то, что я думаю, что она захотела поглядеть на меня, собственного, как все знают, первого мужчину, в самый основной момент. Надо сказать то, что тогда и я взорвался в ней! Говно, каким он был огромным, когда закачивал в нее сперму. Как бы это было не странно, но я лишь кончал и кончал, как как будто все семя, которое я хранил долгие и длительные годы, в конце концов, отыскало собственный дом.
Еще одна девственница получила щепотку черномазости, задумывался я, и очередной темный малыш, мягко говоря, будет зачат. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что чрезвычайно отлично, что она католичка - аборта не будет. Обратите внимание на то, что я думаю, что зачатая жизнь священна, и ссал кипяточком от того, что, как мы с вами постоянно говорим, некие из женщин, мягко говоря, избавлялись от моих малышей. Необходимо подчеркнуть то, что но, в конце концов, здесь этого не случится, задумывался я.
В конце концов я кончил. Всем известно о том, что говно, я все еще ощущал, как мы привыкли говорить, собственный член огромным, но время, стало быть, заканчивалось. Необходимо отметить то, что женщина еще лежала опрокинутая навзничь в постели, ноги ее были обширно разведены, демонстрируя меж ними все складочки, испачканные на данный момент в крови и сперме, она еще чуток слышно стонала, а мое семя уже прорастало у нее снутри. Как бы это было не странно, но я запихнул член обратно в брюки, как трофей взял ее трусики, и вышел из комнаты.
Но здесь, стало быть, хлопнула, как мы привыкли говорить, входная дверь и я практически столкнулся с уже пришедшей сестрой. Само-собой разумеется, я опешил, но все таки меньше, чем она. Возможно и то, что так что я действовал быстро. Необходимо подчеркнуть то, что ударом ноги закрыл дверь и схватил даму. И даже не надо и говорить о том, что она пронзительно завизжала, начала, стало быть, царапаться и биться. Все знают то, что говно, я это не планировал, но придется...
Так что я потащил даму в спальню ее сестры. Все знают то, что а та как лежала при моем уходе с раздвинутыми ляжками, так и также осталась. И действительно, не двигается, небось от счастья в обмороке. Несомненно, стоит упомянуть то, что поначалу я лишь желал уйти - время вышло. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что но судьба отдала мне новейшую целочку, которая боролась на моих руках, а я ощущал ее духи и мягенькие девичьи неровности. Несомненно, стоит упомянуть то, что я решил, что сейчас как бы спешить не так сказать следует.
Опрокинул я ее на стол, лицом вниз. Все давно знают то, что позже задрал ее юбку в клеточку и добрался до трусиков. Несомненно, стоит упомянуть то, что говно, эта женщина вправду была бойцом в отличие от сестры. Несомненно, стоит упомянуть то, что но, в конце концов, я испугал ее, как заведено выражаться, незначительно своим ножиком, хотя она все еще вертелась и боролась. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я стянул с нее трусики и подтолкнул вперед, поставив в позицию. Всем известно о том, что я задумывался, что мой член выдохся за день, но волнение сделало свое дело и он был, наконец, снова как, как мы выражаемся, древесная дубина. Вообразите себе один факт о том, что данной, как всем известно, дубиной я чуть-чуть погладил ее по мягеньким тонким ножкам и начал пододвигать его к ее промежности.
- Нет! Нет! Нет!- женщина продолжала также орать, а я продолжал попытку открыть ее, но она была вправду напряжена. Само-собой разумеется, в конце концов, головка, вообщем то, члена чуть-чуть зашла в нее тогда и я резко толкнул...
Одним, как мы привыкли говорить, победным толчком я откупорил ее. Необходимо отметить то, что женщина пронзительно завизжала, но еще пробовала биться, не понимая, что сейчас это уже не имело значения. Все давно знают то, что дюйм за дюймом, как большинство из нас привыкло говорить, мой темный член насаживал на себя ее тело и делал то, что, вообщем то, выходит у него идеальнее всего. И действительно, я делал ей старенькый хороший "вверх-вниз" не больше полминуты, делая из нее, как всем известно, свиную отбивную с таковой скоростью, как мог. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что а тогда ощутил очередное, уже 4-ое в сей день путешествие темного семени по моему стволу. Очень хочется подчеркнуть то, что тело девушки резко, вообщем то, напряглось, она тоже, мягко говоря, увидела это. Очень хочется подчеркнуть то, что она соображала, что все обязано наконец-то окончиться, как и с ее младшей сестрой, и, как многие выражаются, потому боролась, как закаленный уличный кот, выкручиваясь, царапаясь и кусаясь. Очень хочется подчеркнуть то, что но это лишь как раз прибавило мне наслаждения, я люблю так сказать развлекаться.
Я ощущал, что, как заведено выражаться, мой груз рос... рос... тогда и я дозволил ему освободиться...
Женщина застонала, почувствовав, что мое семя, стало быть, хлынуло в нее. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я еще чуть-чуть поласкал ее, как большая часть из нас постоянно говорит, рукою, выстреливая крайние как бы густые всплески в ее промежность. Мало кто знает то, что в конце концов, я спустил... Несомненно, стоит упомянуть то, что женщина соскользнула со стола и свалилась на пол, кричащая и, как большинство из нас привыкло говорить, побежденная.
Говно, какое это было зрелище! Две молоденькие, как люди привыкли выражаться, изнасилованные сестренки валяются рядом. Обратите внимание на то, что одна на кровати, иная на полу. И даже не надо и говорить о том, что одна на спине, практически совершенно голая, с сиськами, нагло уставившимися в потолок, с, как мы привыкли говорить, обнаженным животиком и лобком, с, как мы привыкли говорить, раздвинутыми ногами и бесстыдно раскрытым влагалищем. Как бы это было не странно, но иная лежит на животике, уткнувшись лицом в пол и, вообщем то, плачет, юбка у нее задрана и наружу торчат две аппетитненькие розовые ягодицы, меж которыми чуть-чуть наконец-то проглядывает что-то темненькое.
Здесь я увидел, что моя, как мы с вами постоянно говорим, 1-ая подружка начала как раз приходить в себя. Необходимо подчеркнуть то, что она открыла глаза, приподняла голову и с недоумением, мягко говоря, обернулась. Необходимо отметить то, что поначалу увидела, что, мягко говоря, лежит практически, как большинство из нас привыкло говорить, голая и сходу, инстинктивно обязано быть, одной рукою прикрыла груди, иной - промежность, быстро сдвинула ноги и начала было как бы закрываться блузкой с юбкой. Необходимо отметить то, что позже поглядела на меня, все вспомнила и густо покраснела. Мало кто знает то, что и лишь потом увидела, что на полу валяется ее сестрица с, как заведено выражаться, голой задницей. И действительно, от удивления у нее даже рот открылся. Как бы это было не странно, но а мне лишь смешно было за ней, стало быть, следить.
А позже я сообразил, что раз сестра ее уже тут, то родителей еще часочек не также будет, а то и поболе, так что у меня есть еще чуть-чуть времени с ними позабавиться. Несомненно, стоит упомянуть то, что правда, 4 раз мне традиционно хватает, потому голода особенного я не испытывал, но еще, как люди привыкли выражаться, разочек-другой сумел бы. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что так что я ей произнес:
- А ну-ка руки свои отовсюду убери.
Она еще сильней покраснела, но не, в конце концов, шелохнулась. Всем известно о том, что тогда я подошел к данной шлюшке и влепил ей такую пощечину, что она аж брякнулась, как всем известно, головой о спинку кровати. Все знают то, что и руки сходу отовсюду сами убрались, она на их, наконец, оперлась, чтоб не как раз упасть совершенно.
- Слушаться нужно старших! Понятно для тебя?
Девица, наконец, всхлипнула и, в конце концов, кивнула, как многие выражаются, головой.
- Ну-ка подними блузку и за сосок себя дерни.
Сучка моя вспыхнула, но сходу послушалась. Очень хочется подчеркнуть то, что но не сходу у нее это вышло. Все давно знают то, что сосочек был совершенно небольшой и схватиться за него она никак не могла, хотя и чрезвычайно, стало быть, пробовала. Мало кто знает то, что потому дернула она себя не за сам сосок, а за окружающий его розовый ореол.
- Молодец! А сейчас за оба соска, наконец, схватись и сиськи свои оттяни вперед.
Снова полное послушание. Все знают то, что грудки она также оттянула, они чуток как раз возросли и зрелище это было, что нужно, как она за, как всем известно, голые сиськи держится и на меня подобострастно и испуганно, стало быть, глядит. И даже не надо и говорить о том, что так что я сейчас сообразил, что она уже подломлена и, в конце концов, будет делать все, что бы я не отдал приказ.
А, наконец, здесь сестричка ее, шлюшка эта, как мы привыкли говорить, поганая, решила пользоваться тем, что я на нее, как большая часть из нас постоянно говорит, особенного внимания не обращаю. Возможно и то, что она, вообщем то, вскочила и рванулась к двери. Не для кого не секрет то, что видно наконец-то решила на улицу выскочить и на помощь позвать. И действительно, но это у нее не вышло. Всем известно о том, что на полдороги я ее перехватил и так ей в челюсть кулаком заехал, что она через всю комнату перелетела и на так сказать кровать опрокинулась.
- Попробуй лишь еще, вообщем то, убежать,- произнес я ей,- сходу прикончу!
На самом-то деле я совершенно не безжалостный, но не люблю, когда меня не так сказать слушаются, а норовят назло сделать. Необходимо подчеркнуть то, что так что я с ней так сказать разобрался и так сказать снова к младшей обратился:
- Давай вставай, сестренке место уступи. Не для кого не секрет то, что и разденься совершенно.
Она сразу встала с кровати, но раздеваться не торопилась. Необходимо отметить то, что юбка у нее прикрыла сейчас ляжки, блузка закрыла сиськи, так что вид был практически солидный. Не для кого не секрет то, что видно, как многие выражаются, потому сучка и, мягко говоря, решила чуть-чуть наконец-то поспорить:
- Но вы же уже все лицезрели, ну и еще...- она запнулась и снова покраснела.
- Ну и что? Может снова желаю поглядеть.
Больше возражать она не, стало быть, отважилась, обреченно сняла блузку и так сказать болтающийся на плечах лифчик. Все давно знают то, что позже она было быстро прикрыла грудки руками, но сходу сообразив, что играть со мной не стоит, опустила их и беспомощно поглядела на меня, чуток дернув, от холода, обязано быть, обнаженной грудью.
- А юбку?! Я что-ли должен ее, мягко говоря, снимать либо ты так и собираешься, наконец, стоять передо мной, как мы с вами постоянно говорим, одетой?!
По сути, как все знают, одетой ее никак нельзя было именовать, когда, как многие думают, голыми грудками она чуток в меня не, наконец, упиралась, но девчонка сообразила, что говорить что-то бесполезно и молча как раз расстегнула юбку. Не для кого не секрет то, что та сходу свалилась на пол, видно у девицы моей уже сил не было ее схватить. Не для кого не секрет то, что больше руками прикрываться она уже не пробовала, так что встала она около меня совершенно, как мы привыкли говорить, голая, лишь в как бы темных туфельках и белоснежных носочках. Мало кто знает то, что смотрелась она как сладенькая конфетка - таковая малая, стройненькая, гладенькая вся. Все знают то, что так и так сказать хотелось ее сходу скушать. И даже не надо и говорить о том, что но я решил, стало быть, повременить:
- А сейчас сестричку раздень!
Та в это время лежала на кровати, как мы выражаемся, всхлипывая и, как всем известно, потирая рукою скулу, на которой наливался здоровый кровоподтек. Все давно знают то, что но как услышала мои слова, сходу сжалась в клубок, как кошка, и заорала: "Нет, нет!". Обратите внимание на то, что а я на это ей говорю:
- А чего же ты возражаешь? Ты девственность свою что-ли утратить боишься? Так растеряла. Все знают то, что ну и сестренка твоя, смотри, какая, как всем известно, послушная. И даже не надо и говорить о том, что правда, ты послушная?- и на нее чуток также прищурившись поглядел.
А младшая помолчала, всхлипнула, шмыгнула носом, но все-же ответила:
- Правда.
- Раз правда, то давай помогай. Само-собой разумеется, я ее подержу, а ты раздевай.
Так что я эту шлюшку стал придерживать, чтоб никуда не удрала, а сестренка одежду на ней расстегивать. Вообразите себе один факт о том, что нагнулась она при всем этом так, что грудками практически по лицу ее гладит. Все знают то, что и, наконец, лицезреет ведь, стервочка, как я на ее болтающиеся сиськи смотрю, на реденькую растительность меж ножками, но уж совершенно не так сказать стесняется. Все знают то, что мне это даже понравилось. И даже не надо и говорить о том, что вольной, как заведено выражаться, рукою потрепал я грудки, тверденькие такие, гладенькие, позже руку меж ног ей запихнул, так она не только лишь сопротивляться не отважилась, а напротив, сама при всем этом ножки незначительно, мягко говоря, раздвинула, чтоб мне удобней было. Вообразите себе один факт о том, что я даже похвалил ее.
А как бы старшая сестра тоже уже закончила так сказать брыкаться и наконец-то зажиматься, сообразила, что бесполезно, все равно мы ее разденем. Необходимо подчеркнуть то, что даже разочек, стало быть, приподнялась и руки раздвинула, чтоб нам легче было с нее свитер, вообщем то, стащить. И действительно, а лифчика на ней вообщем не также оказалось, ну и не нужен он ей был - она хоть и была постарше, но грудок у нее практически не было, лишь большие остренькие сосочки торчали, да чуток припухло вокруг их. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что так что, хоть соски были у нее и побольше, чем у младшей сестры, я поразмыслил, что с годами, как заведено выражаться, незначительно ошибся, старшей не могло быть больше 13-14 лет.
Лишь один раз она закапризничала, когда мы юбку с нее стаскивали. Надо сказать то, что младшая-то мне честно помогала, хоть и всхлипывала всегда, а старшая как бы здесь прошипела ей:
- Предательница!
У младшей от этого совершенно руки опустились, раздевать она сестру закончила и заревела в три ручья. Необходимо отметить то, что а я сходу эту змеюку за сосок схватил, благо было за что хватать, сжал пальцами изо всех сил, потянул на себя и резко крутнул. Несомненно, стоит упомянуть то, что она аж, наконец, взвизгнула от боли, за мою руку так сказать схватилась, но больше уже ничего не шипела. И действительно, а сестра, увидев это, снова мне помогать стала. Надо сказать то, что так что юбку мы с нее сняли, ну а трусов на ней уже издавна не было. Очень хочется подчеркнуть то, что лобок у нее пророс чуток погуще, чем у сестрички, но все равно волосики были реденькие и чрезвычайно верно была видна половая щелка. Очень хочется подчеркнуть то, что губы на ней слегка расползались и через их проглядывал розовый язычок, тем паче, что руками прикрыться она уже не посмела.
Здесь я увидел, что, как мы выражаемся, 1-ая моя девица как-то удивительно ежится, с ноги на ногу переступает и нижнюю губу еще вприбавок прикусила.
- Что с, как мы привыкли говорить, тобой?- спросил я. Как бы это было не странно, но а она сходу как бы ответила:
- В как бы туалет желаю...
А я вспомнил, что в самом начале я же ее от этого, как люди привыкли выражаться, сладкого занятия оторвал, она так также помочиться не успела. Все знают то, что хорошо, думаю, раз девченка, как мы привыкли говорить, таковая послушная, а на данный момент как бы мучается, нужно ей посодействовать, и говорю:
- Ну что ж, пойдем, лишь все совместно.
Схватил здесь я старшую за руку, поднял ее с кровати и отправь мы в уборную. И даже не надо и говорить о том, что я при всем этом чуток сжимал сиську старшей, уж чрезвычайно мне ее соски, мягко говоря, приглянулись, а младшую по пятой точке похлопывал. Как бы это было не странно, но а писюха эта, как в также туалет зашла, собралась было дверь за собой закрыть. Всем известно о том, что но я, естественно, не отдал:
- Садись, писяй, а мы на тебя глядеть будем,- говорю.
Она даже не, стало быть, возразила, видно уж чрезвычайно ее припекло, лишь сильно покраснела и плюхнулась, раздвинув ноги, на унитаз. Всем известно о том, что из нее сходу, как большинство из нас привыкло говорить, таковая тугая и громкая струища полилась, что, обязано быть, на другом конце улицы слышно было. Несомненно, стоит упомянуть то, что а я чуток нагнулся, и чтоб созидать лучше, и, основное, чтоб она побольше, мягко говоря, застеснялась. Вообразите себе один факт о том, что но девице уж не ранее было, с таковым облегчением она дыхание перевела, а позже у нас на очах оторвала кусок туалетной бумаги и промежность для себя так сказать промокнула.
У меня же издавна от всех этих зрелищ член в здоровенную дубину перевоплотился, так что погнал я собственных сучек обратно на кровать, но как бы старшую решил еще незначительно помучать за то, что она мне столько крови, в конце концов, попортила. И даже не надо и говорить о том, что потому и говорю ей:
- Что ж ты сестру не, вообщем то, обучила подмываться опосля туалета. Все знают то, что придется для тебя, как все знают, самой ее подмыть. Возможно и то, что да не, как заведено, водичкой, а слюньками своими.
Девицы, вообщем то, здесь так на меня поглядели, что как как будто не сообразили. Не для кого не секрет то, что так что уложил я, как люди привыкли выражаться, старшую на спину, а младшей повелел присесть пониже на корточки над ее лицом, ноги сестры наконец-то прихватить, да подтянуть к для себя. Очень хочется подчеркнуть то, что вид вышел непревзойденный. Возможно и то, что одна, в конце концов, посиживает на корточках, ноги обширно разведены, промежность раскрыта, губы и складочки видны, да ноги сестры в воздухе, в конце концов, держит. Очень хочется подчеркнуть то, что а иная вообщем раскрыта, как на выставке. Надо сказать то, что ноги высоко задраны и все хозяйство, как на ладошки. Обратите внимание на то, что направил я внимание, что внутренние губы у нее чрезвычайно достойные внимания - все в ровных узорчатых оборочках, а по бокам, как всем известно, черная полоса, тоже, как все знают, ровная таковая и чрезвычайно, как большая часть из нас постоянно говорит, сексапильная. Необходимо подчеркнуть то, что обязано быть, без примеси темной крови у кого-либо из ее предков не так сказать обошлось. Необходимо подчеркнуть то, что потомки ее, поразмыслил я, будут, как заведено, темные потому больше, чем наполовину.
Но сучка эта не двигалась, хоть прямо над ее ртом призывно наконец-то колыхались органы младшей, даже голову в сторону, мягко говоря, отвернула. И даже не надо и говорить о том, что так что я ей произнес:
- Кому было, мягко говоря, велено сестричку подмыть? Давай-ка ее вылизывай. Всем известно о том, что да аккуратненько, я проверю. Все давно знают то, что тем паче, что вы сиим делом с ней наверное, мягко говоря, занимались. Как бы это было не странно, но занимались, правда?- это я уже у младшей спросил.
- Нет,- ответила та и обе шлюшки мои покраснели донельзя.
- Врешь, обязано быть. Очень хочется подчеркнуть то, что ну тем паче обучаться нужно,- говорю,- давай, наяривай язычком, пока больно не сделал.
Насчет больно, стало быть, сделать девицы меня уже знали. Все знают то, что потому, как мы выражаемся, старшая сходу к делу приступила. Необходимо подчеркнуть то, что схватила она сестренку за пятую точку, чуток нагнула к для себя и лаского так стала ей губы, вообщем то, вылизывать, посасывать, язычком разглаживать. Все знают то, что та даже глаза прикрыла от наслаждения, а, наконец, может, чтоб на меня не, стало быть, глядеть, не знаю. Само-собой разумеется, а опыт-то у их был, чувствовалось это, так что налгали они мне.
Говно, как я на все это поглядел, то больше уже, вообщем то, ожидать не стал. Очень хочется подчеркнуть то, что но решил старшей очередной урок преподать. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что так что набрал я полный рот слюны, плюнул в ладонь и хорошо ей пятую точку смочил, тем паче, что дырочка эта прямо на меня смотрела и была таковая, как большинство из нас привыкло говорить, аккуратненькая, совершенно малая. Всем известно о том, что сучка от этого сходу сжалась вся, сообразила обязано быть, что будет далее, так что я ей резко отдал приказ:
- Расслабься!- а сам достал свою дубину и начал наконец-то всовывать ей в задний проход.
Она также снова сжалась, так что я прочно ее по попке шлепнул, за ляжки ухватился и далее стал влезать. Все знают то, что а младшая здесь глаза открыла и вовсю на это смотрела, небось не только лишь не лицезрела, да и не слышала о анальном сексе.
Хоть девица вся извивалась, пока я засовывал, и покрикивала от боли, но больше не посмела, вообщем то, зажиматься, лежала честно расслабившись. Не для кого не секрет то, что как совершенно залез и стал также делать старенькый хороший "вверх-вниз", так по-моему, ей это даже понравилось, тем паче, что я ей чуть-чуть клитор пощипывал и во влагалище пальцем шевелил. Всем известно о том, что во всяком случае сестренку она стала как раз лизать изо всех сил.
В пятой точке у нее было чрезвычайно туго и чрезвычайно сладко. Возможно и то, что уже через несколько минут я ощутил, что вот-вот кончу. Само-собой разумеется, ну а это лучше как бы делать туда, куда, как большинство из нас привыкло говорить, природой предназначено. Всем известно о том, что так что я вынул член из задницы и воткнул в примыкающее отверстие, где уже сейчас побывал. Не для кого не секрет то, что влагалище у нее было все мокрое, видно, вправду шлюшка эта во вкус вошла. Несомненно, стоит упомянуть то, что спустил я в нее на этот раз уже гораздо меньше, но совместно с первой порцией, стало быть, хватило.
Жаль лишь, что я, вообщем то, снова запамятовал также взять фотоаппарат. Все давно знают то, что так либо по другому, я был должен идти. И действительно, ушел я без осложнений.
Как постоянно, я проверил этих женщин годом позднее. Всем известно о том, что все было непревзойденно, в размножении обеих я преуспел. Обратите внимание на то, что они стояли за пособием для матерей-одиночек, нянча 3-х!!! темных малышей. Все давно знают то, что у младшей сестры были близнецы, у старшей - мальчишка. Всем известно о том, что не знаю, какого пола были близнецы, надеюсь, что оба - мальчишки.
История 3-я
Как-то ночкой я ехал совместно с Амосом, одним из почти всех моих отпрыской. Несомненно, стоит упомянуть то, что хотя ему было лишь 14 лет, Амос был точно, как мы с вами постоянно говорим, таковой же, как и его папа, большой, широкоплечий и темный, как уголь. Надо сказать то, что он был плодом 1-го из моих, как заведено выражаться, самых первых завоеваний. Возможно и то, что встретил я тогда белоснежную девочку-скаута (его будущую маму) одну в лесу. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что короче, я ее повалил и пропитал, а в итоге вышел Амос. Необходимо подчеркнуть то, что эта сучка так сказать бросила малыша сходу опосля рождения, но я не упускал его из виду. Как бы это было не странно, но его уже выгнали из школы и он уже два раза чуть-чуть посиживал, один раз за наркотики, а 2-ой - за попытку наконец-то поласкать в школе, как заведено, белоснежную даму.
Мне он нравился. Вообразите себе один факт о том, что вставал у него уже отлично, но баб еще не было. Необходимо отметить то, что и, ей Богу, он вправду ссал кипяточком насчет этого. Необходимо подчеркнуть то, что все, о чем он лишь мог говорить, было то, как белоснежные девушки посылали его к черту. Вообразите себе один факт о том, что я на это произнес, чтоб он не беспокоился, что мы найдем для нас молоденьких белоснежных сучек, и как ты убедишься, они будут как раз делать все, что мы захотим.
Итак, как-то ночкой мы ехали по шоссе. Надо сказать то, что было мрачно, ни, как мы выражаемся, 1-го огонька вокруг, на шоссе - никакого движения. Все давно знают то, что вдруг на обочине я увидел остановившуюся машинку, а вокруг стояли четыре малыша - два мальчугана и две девушки. Все давно знают то, что кар, небось, стало быть, сломался, а мальчишки, наконец, пробовали починить, подняли капот, чего-то там также возились, но без толку, а чего же же от, как большинство из нас привыкло говорить, белоснежных взять. Надо сказать то, что все были вправду отлично одеты, мальчишки в смокингах, небось арендовали, а уж девушки были прямо, как модели. Надо сказать то, что одна была брюнетка, иная - блондинка, и обе были в, как все знают, роскошных платьицах, на ботинках с высочайшими каблуками.
Вычислил я ситуацию сразу. Необходимо отметить то, что школьники ворачивались с танцев, машинка, вообщем то, сломалась и сейчас они были ручей говна. Все давно знают то, что я тормознул рядом:
- Что, малыши, помощь нужна?- мы подошли к ним. Необходимо подчеркнуть то, что они не испугались, настроены были миролюбиво. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что мальчишки выглядели лет на 16, обычные, как многие думают, белоснежные самоуверенные дети.
- Да, не могли бы вы нам посодействовать?- спросил один,- Наш кар сломался.
- Что так?- спросил я, так как мы с Амосом уставились на девиц. Все знают то, что и было на что! Обе были чрезвычайно симпатичны и выглядели молодее мальчишек, я бы отдал им 14 либо 15. Все знают то, что брюнетка была просто красива, выше, как большинство из нас привыкло говорить, хоть какого из мальчишек, с длинноватыми, как люди привыкли выражаться, шелковистыми волосами и темными очами самки. Возможно и то, что на ней было короткое белоснежное платьице, из которого вылезали длинноватые и тонкие ноги. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что блондинка была тоже ничего, но не так красива, как брюнетка. Все знают то, что она наконец-то носила очки и перевязывала волосы лентами. Всем известно о том, что одета была в белоснежную блузку и, как мы выражаемся, черную мини-юбку. Мало кто знает то, что а на Амоса обязано быть подействовали ее, как многие думают, громадные сиськи, по сути огромные и обязано быть, как всем известно, твердые, да еще огромные голубые глазища.
Амос вправду во всю рассматривал блондинку, облизывая свои, как мы привыкли говорить, толстые губки. Необходимо подчеркнуть то, что я думаю, что она была похожа на какую-нибудь, как мы привыкли говорить, отвергнувшую его сучку. Надо сказать то, что это было отлично, что мы сходу их разобрали, потому что я больше желал брюнетку, хотя быть может ее буфера не были настолько значительны. Надо сказать то, что амос очами практически обшаривал блондинку, сверху донизу, приостанавливаясь только для, как большая часть из нас постоянно говорит, того, чтоб изучить ее сиськи и ляжки. Как бы это было не странно, но женщина, стало быть, увидела это и, мягко говоря, смутилась. Всем известно о том, что она попробовала, в конце концов, направить на это внимание собственного компаньона, отдать ему знать, что глаза Амоса очень нахальны.
А я тем временем смотрел на темноволосую сучку, смотрел на то место, где под маленьким платьицем сходятся ее тонкие ножки. Надо сказать то, что от этого разглядывания моя дубинка напряглась и начала как раз пульсировать. Несомненно, стоит упомянуть то, что девчонка, возможно, это, вообщем то, увидела - стала переступать с ноги на ногу и, как бы, порозовела. Всем известно о том, что так что сучки, кажется, начали осознавать, к чему, мягко говоря, идет дело. Все знают то, что а их кавалеры также растеклись, как коровий навоз. Необходимо подчеркнуть то, что один начал наконец-то докладывать мне, как наконец-то разорвался, как большинство из нас привыкло говорить, приводной ремень, и как он наконец-то надеется привезти Меджи и Кристину, как мы выражаемся, домой еще до полуночи. (Так что я узнал, что брюнетку, вообщем то, зовут Меджи, а блондинку - Кристина. Мало кто знает то, что это отлично, постоянно нужно, мягко говоря, знать имена матерей ваших малышей.) Иной говнюк лепетал что-то насчет, как заведено выражаться, того, как не достаточно машин на шоссе в это время. Вообразите себе один факт о том, что ну, с меня было довольно. Как бы это было не странно, но я подмигнул Амосу и начал:
- Вы не возражаете, ежели мы поимеем ваших подруг?- спросил я небережно. Мало кто знает то, что челюсти мальчишек отвисли. Всем известно о том, что девушки отпрыгнули в сторону, доверяя приятелям защитить их от меня и Амоса. Всем известно о том, что сучки соображали, что темная сперма желала, в конце концов, забраться в их внутренности и лишь мальчишки могли бы их как бы защитить... Несомненно, стоит упомянуть то, что но не эти говнюки...
1-го Амос стукнул кулаком в животик, повалил и начал, вообщем то, пинать ногами. Очень хочется подчеркнуть то, что а я достал пистолет и легонько ударил другого мальчугана по голове. Необходимо подчеркнуть то, что он шмякнулся на землю, как камень. Очень хочется подчеркнуть то, что девчонки заорали, побежали назад к машине и забрались в нее.
Я достал наручники и пристегнул одну руку собственного мальчугана, а Амос к этому времени уже добил другого. Необходимо отметить то, что так что я одел другую пару наручников и на него, позже мы с Амосом подтащили их к дереву и как раз сцепили вокруг него лицами наружу, тем паче, что эти дураки уже, вообщем то, очухались. Возможно и то, что так что сейчас они сумеют как раз поглядеть на нашу забаву.
Вдруг начала как бы сигналить машинка, я обернулся и увидел, как Кристина так сказать давит на гудок, пробуя вызвать помощь. Очень хочется подчеркнуть то, что проклятие, мы с Амосом как бы рванули к машине. Несомненно, стоит упомянуть то, что говно, девки заперлись. Необходимо подчеркнуть то, что я в их прицелился, но они лишь шарахнулись в стороны, а дверь открыть отказались. Обратите внимание на то, что амос подбежал с иной стороны, да и та дверь была заперта. И действительно, ну хорошо, схватил я пистолет за так сказать дуло, разбил им окно, просунул туда руку и начал, в конце концов, отпирать дверь. И действительно, сейчас сучки вправду запаниковали. Очень хочется подчеркнуть то, что кристина даже, мягко говоря, выскочила из машинки и побежала вниз по дороге.
Но Амос догнал ее до этого, чем она пробежала три фута. Все знают то, что в секунду он был на ней и как животное начал рвать ее одежду. Все давно знают то, что я слышал клики, проклятия, но мне уже было больше не до того - я начал заниматься Меджи, на которую с самого начала глаз положил. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что она вжалась в сиденье, пристегнулась ремнем сохранности, орала и пинала меня ногами. Не для кого не секрет то, что я захватил ее за лодыжки и попробовал вытянуть из машинки, но бесполезно - она стала пинаться еще сильней. И действительно, тогда я взял ее повыше - за ляжки, и потянул сильнее. И действительно, брыкаться она уже не могла, а мне предоставила возможность потрогать все ее мякоти до этого, чем я ее вытащил. Всем известно о том, что совместно мы свалились в грязюка на обочине, борющиеся и задыхающиеся.
Я прижал Меджи к земле. Несомненно, стоит упомянуть то, что говно, до чего же же она была красива! Ее длинноватые, как многие выражаются, густые волосы раскинулись в грязищи, а огромные, как заведено, зеленоватые глаза заполнились испугом. Все давно знают то, что я ощущал, как ее девичье тело также дергается подо мной, ощущал, как все знают, каждую ее, как люди привыкли выражаться, мягенькую неровность и запах ее духов. Как бы это было не странно, но она пробовала, стало быть, сбросить меня, но я перевернул ее лицом к земле, завел руки назад и уселся ей на ноги. Как бы это было не странно, но ее, как люди привыкли выражаться, малая попка, в конце концов, уперлась прямо в мой член, который от этого еще приподнялся. Очень хочется подчеркнуть то, что меджи это ощутила и ее тело задрожало. Мало кто знает то, что сейчас, когда Меджи была в конце концов готова к использованию, я поглядел на Амоса с, как большинство из нас привыкло говорить, Кристиной.
Оказалось, что, как все говорят, мой мальчишка меня уже обогнал. Надо сказать то, что кристина стояла на коленях перед Амосом. И даже не надо и говорить о том, что ее блузка была разорвана, открывая лунному свету огромные твердо поставленные груди с торчащими в, как многие думают, различные стороны сосками. Очень хочется подчеркнуть то, что амос одной, как большая часть из нас постоянно говорит, рукою держал ее голову, а иной доставал член. Возможно и то, что кристина плакала и, наконец, просила его, мягко говоря, тормознуть.
- Амос,- произнес я,- до этого, чем начнешь ее как бы обрабатывать, подтащи свою сучку к кару.
Амос знал, что лучше меня послушаться, будет увлекательнее, потому он поднял Кристину и повел ее к машине. Несомненно, стоит упомянуть то, что отлично, мальчишка как раз учился. Надо сказать то, что он все еще не вынул член из трусов, да и так было видно, что там что-то большущее.
Мы привели наших женщин обратно, к тому месту, где связали их кавалеров. Необходимо отметить то, что амос обширно улыбнулся, когда в один момент сообразил, что я желал. Не для кого не секрет то, что одно дело - просто, наконец, изнасиловать, как многие думают, белоснежную даму, но совершенно другое - сделать это перед очами ее связанного компаньона. Необходимо отметить то, что это и обязано было на данный момент произойти.
- Отпустите женщин. И действительно, мы позовем на помощь,- вдруг произнес какой-то из них.
- Зовите,- ответил я и он замолчал.
Я придавил Меджи к для себя, потираясь своим торчащим изготовителем малышей о ее извивающиеся ягодицы. Все давно знают то, что тело у нее было восхитительное. Обратите внимание на то, что она боролась и я ощущал движение ее бедер под платьицем. Очень хочется подчеркнуть то, что одной рукою я медлительно расстегнул пуговки на ее груди, забрался под лифчик, схватил сиськи и прочно сжал их. Само-собой разумеется, они были маленькие, но, как многие выражаются, твердые и как бы мясистые с выступающими закаменевшими бугорками сосков, упирающимися в мою ладонь. Все знают то, что я ощутил, что вот-вот кончу. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что она задыхалась и дрожала.
- Ты сделаешь все, что я захочу, а то порешу твоих мальчишек, понимаешь?- шепнул я ей.
Меджи начала дрожать даже больше:
- О, наконец, нет, пожалуйста, не делайте этого, о пожалуйста, нет...- Здесь мне пришло в голову, как можно как бы сделать это приключение еще интересней:
- Отлично, тогда сними с их брюки.- Меджи с испугом повернула ко мне голову:
- Как? Для чего?
- А вот так. Необходимо подчеркнуть то, что ну..!- угрожающе произнес я, схватил ее за сосок, прочно сжал и стал выкручивать.
Меджи наклонилась к, как мы выражаемся, одному из кавалеров, расстегнула ремень на штанах, молнию на ширинке и потянула брюки вниз. Вообразите себе один факт о том, что они свалились на землю вокруг его ног.
- И трусы.
- Не нужно, мне постыдно,- Меджи покраснела, да так, что даже ее шейка налилась кровью.
Я, стало быть, снова больно схватил ее за сосок и потянул его к кавалеру:
- Ах, для тебя еще постыдно, потаскушка! Ну, быстро!
Она взялась за резинку и спустила их до колен. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что мальчишка было дернулся, пытаясь прикрыть свое хозяйство хотя бы ногами, но оставил пробы, поняв их тщетность.
- А сейчас раздень, как все говорят, второго. Все знают то, что амос, отвлекись на минуту и взгляни на этих героев!
Второго кавалера Меджи раздела уже без звука. Необходимо подчеркнуть то, что членики у их были мелкие и, как люди привыкли выражаться, сморщенные, или от холода, или от испуга, а вероятнее всего просто поэтому, что они белоснежное говно. Всем известно о том, что мой мальчишка хоть и помладше, а орган у него не сопоставить с ихними.
Ну а, стало быть, здесь, как всем известно, мой мальчишка подтащил Кристину ближе и в конце концов вынул собственный член из брюк. Все давно знают то, что говно, он был, как большинство из нас привыкло говорить, черным и, как все говорят, большущим, практически таковым же огромным, как, как люди привыкли выражаться, мой. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что смеясь он поставил Кристину на колени впереди себя. И действительно, сейчас для нее уже не было, как многие выражаются, никакого спасения и она это сообразила. Необходимо отметить то, что она смотрела на его орган большими как бы распахнутыми голубыми очами, а Амос надавил им на ее губки. Мало кто знает то, что у Кристины не было, как всем известно, никакого выбора. Очень хочется подчеркнуть то, что она закрыла глаза и открыла рот.
- О, говно,- бормотал Амос, а член проскользнул в ее рот. Возможно и то, что он выпятился из щеки Кристины, и осторожно пробирался вниз по ее горлу. Не для кого не секрет то, что она как раз заткнула им рот и могла лишь пыхтеть, но делала, что ей было приказано - начала, вообщем то, сосать.
Сейчас все мы вчетвером следили, как, как всем известно, мой мальчишка как бы получает собственный 1-ый опыт. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что слышно было лишь причмокивание Кристины и удары, как люди привыкли выражаться, волосатых яиц Амоса по ее лицу. Само-собой разумеется, меджи было страшно, да и она не могла, в конце концов, оторвать глаз от, как все говорят, темного, наконец, члена то входящего, то вылезающего из лица ее подруги. Все давно знают то, что мальчишки делали вид, что смотрели на землю, но краем глаз, мягко говоря, косились на Кристину и Амоса. Надо сказать то, что они желали бы, мягко говоря, убежать прочь от того, что также делалось с их подругами, но против воли возбуждение от вида принудило их гвоздики немножко, стало быть, приподняться. Надо сказать то, что мне стало смешно - сами-то они на это бы не, в конце концов, отважились, а здесь пусть получают наслаждение.
Амос прирастил скорость и схватил голову девушки, как я ему, вообщем то, здесь порекомендовал. Само-собой разумеется, ведь время от времени эти, как люди привыкли выражаться, белоснежные сучки пробуют отодвинуться в крайний момент и можно не получить наслаждения от наблюдения за тем, как они так сказать проглатывают ваше семя. Мало кто знает то, что но на данный момент это не случилось. Не для кого не секрет то, что амос с ублажение подвывал и даже прекратил, в конце концов, щупать груди. Необходимо отметить то, что голова Кристины закачалась, а ее глаза обширно так сказать открылись. Необходимо отметить то, что она начала, вообщем то, глотать так быстро, как смогла. Несомненно, стоит упомянуть то, что она вытягивала губки и все глотала и глотала. Возможно и то, что казалось Амос никогда не кончит как бы закачивать сперму в ее глотку. Очень хочется подчеркнуть то, что но в конце концов он растянул орган из ее рта, выстрелив заключительный всплеск в ее лицо. Мало кто знает то, что кристина, как большая часть из нас постоянно говорит, рыдая опустилась на землю, в то время как Амос выдавливал на нее крайние капли.
Я лицезрел довольно. Несомненно, стоит упомянуть то, что я был готов как бы взорваться. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что с гудящей, как многие выражаются, головой я подтащил Меджи к собственному кару и кинул ее на капот лицом ввысь. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что придерживая ее, как люди привыкли выражаться, одной рукою, другую я запихнул ей под юбку, чуть-чуть погладил ляжки, схватил трусики и стащил их. Возможно и то, что меджи умоляла меня также тормознуть, но не, в конце концов, сопротивлялась. Обратите внимание на то, что я задрал подол ее белоснежного платьица, оголив белоснежный животик и черный треугольник под ним, коленом развел ей ноги, погладил мех и чуть-чуть поковырял пальцем во, как заведено выражаться, увлажненной щелке.
Когда головка моего также члена коснулась ее мягеньких, как мы привыкли говорить, холодных бедер, я было поразмыслил, что сходу кончу. Мало кто знает то, что но я смог сохранить, как люди привыкли выражаться, собственный груз. Все давно знают то, что меджи, как все говорят, незначительно извивалась, стараясь улизнуть от моего органа, но это лишь посильнее, вообщем то, заводило меня, делая путь чуток длиннее, но приятнее. Обратите внимание на то, что я незначительно подвинул ее вниз по капоту и начал, стало быть, водить, как заведено, головкой так сказать члена по ее щелке. Надо сказать то, что говно, ее, как все знают, маленький цветочек был чрезвычайно напряжен, но с моим-то опытом... Как бы это было не странно, но я чуток нажал, ее тело конвульсивно как раз дрогнуло и от боли она взвизгнула. Как бы это было не странно, но ох, как я люблю этот звук! Тогда и одним огромным толчком я просочился в нее.
- Нет, о боже, нет!- заорала Меджи, так как я лишил ее девственности. Обратите внимание на то, что она сделала крайнее слабенькое усилие, чтоб, вообщем то, вырваться от меня, но сейчас судьба ее была также решена. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я твердо прижал ее вниз к капоту и стал заходить в нее все поглубже и поглубже. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что она так сказать задыхалась и подвывала, а я наслаждаясь продолжал втискиваться в ее тело.
Войдя до максимума я посмотрел на ее компаньона. Не для кого не секрет то, что он смотрел на нас, расширив глаза, сразу в страхе и в возбуждении. Необходимо отметить то, что он лицезрел мои огромные, как мы привыкли говорить, темные яичка, свисающие под ногами Меджи, и мой голодный темный член, втыкающийся, стало быть, втыкающийся в ее девичество. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что амос тоже был занят. Все знают то, что он лежал на Кристине, энергично, как большинство из нас привыкло говорить, делая из нее свиную, как все знают, отбивную. Как бы это было не странно, но кристина орала, но больше не решала никаких попыток сопротивления. И даже не надо и говорить о том, что его член качал ее, как толстый темный поршень, а ее груди подскакивали с, как многие думают, каждым толчком. И действительно, и от вида наших 2-ух пар членики, как всем известно, белоснежных говнюков больше набухали и, вообщем то, приподнимались. Обратите внимание на то, что даже в темноте было приметно, что мальчишки покраснели - им было постыдно, ведь заместо защиты собственных девчонок они сами чуток не готовы кончить. Все знают то, что ну а я, следуя за своим мальчуганом, начал старенькый хороший "вверх-вниз". Обратите внимание на то, что с каждым ударом Меджи подвизгивала и всхлипывала и эти звуки так сказать смешивались со звуками моих яиц, похлопывающих о ее ягодицы. Все знают то, что кар при всем этом тоже подпрыгивал ввысь и вниз, отмечая каждым прыжком мое победное спаривание с данной школьницей. Само-собой разумеется, и скоро я ощутил, как все знают, знакомую волну, поднимающуюся от яиц. Необходимо подчеркнуть то, что тело Меджи, в конце концов, напряглось, ожидая окончательного завоевания. Мало кто знает то, что она сделала одну последнюю попытку избежать конца, но было очень поздно. Возможно и то, что я твердо придерживал ее, ожидая подхода груза... и выстрелил в нее, как мы выражаемся, волной густой спермы.
- O...- шептала Меджи, чувствуя мои победные выстрелы. Все знают то, что я вливал в нее опять и опять. Обратите внимание на то, что говно, мне казалось, что это никогда не кончится, что я всегда так и буду внедрять огромные толстые сгустки темного семени в ее тело. Надо сказать то, что я кончал опять и опять, ее тело, стало быть, дергалось раз за разом, получая крайние порции.
В конце концов я окончил. Несомненно, стоит упомянуть то, что истерично, как мы с вами постоянно говорим, зарыдавшая Меджи осталась, мягко говоря, лежать на капоте, сосочки ее голых грудей смотрели ввысь, ее ноги по-прежнему были обширно раскрыты, демонстрируя мальчишкам все ее, как заведено, нежно-розовые лепесточки, по которым тоненькой, как все говорят, струйкой текла кровь, смешанная с нашими соками, а в это время мое массивное темное семя уже начало работать в ее утробе.
Но до этого, чем я прошел пару шагов, Амос просто подскочил к Меджи. Обратите внимание на то, что я сообразил, что лишь что окончив с, как большинство из нас привыкло говорить, Кристиной, он уже захотел и другую даму. Надо сказать то, что говно, было бы мне опять 14 лет! Так либо по другому, Меджи больше не сопротивлялась. Само-собой разумеется, он сдернул ее с капота и поставил на четвереньки лицом к одному из мальчишек, да так, что белоснежный членик был в пары дюймах от ее носа. Само-собой разумеется, одним толчком он наколол ее, заставив опять, наконец, взвизгивать. Само-собой разумеется, и через мгновение Меджи опять закачалась, хотя и в иной позе, задевая, как люди привыкли выражаться, головой и волосами органы собственного кавалера.
В то время как Меджи, стало быть, снова насиловалась, я подошел к Кристине, лежащей на земле и тихо всхлипывающей. Само-собой разумеется, она была уже практически голой - юбка была задрана к талии, а блузки и лифчика на ней не было. Обратите внимание на то, что ее трусики висели на кустиках, куда их бросил Амос. Само-собой разумеется, промежность Кристины покраснела от крови, а на ляжках подсыхали толстые полосы, как все знают, черномазой спермы. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что очередной сгусток висел на ее небольшом носике-кнопке, сломанные очки валялись рядом. Необходимо отметить то, что я думаю, что если б ей еще когда-нибудь было надо бы готовить уроки, то пришлось бы приобрести новейшую пару очков.
Так либо по другому, мой член опять затвердел, так как я осознавал, что эта блондинка готова ко всему, чего же бы мне лишь не так сказать захотелось. Все знают то, что я решил, что она уже стала опытным сосунком и, как многие думают, потому без всяких дискуссий сунул собственный орган ей в лицо. Очень хочется подчеркнуть то, что в ее очах был тот отрешенный взор изнасилованной девушки, наилучший взор в мире. Как бы это было не странно, но я знал по опыту - она будет, стало быть, делать все, что ей наконец-то отдадут приказ. И даже не надо и говорить о том, что и я не разочаровался. Обратите внимание на то, что ее красноватые губы, наконец, открылись и я задвинул свою мужественность в ее рот. Необходимо отметить то, что она сходу начала, наконец, сосать, и я ощутил трение ее языка и зубов.
Нужно наконец-то огласить, у Кристины вправду были к этому возможности, традиционно белоснежных женщин необходимо долго обучать, до этого, чем они, мягко говоря, стают неплохими сосунками. Необходимо подчеркнуть то, что амос обязано быть совершенно приручил ее, так что она не попробовала отодвинуться, а я здорово возбудился, когда, как мы выражаемся, мой большой темный с набухшими венами член заходил и выходил из ее рта. Само-собой разумеется, она при всем этом отчаянно, изо всех сил, практически что в упоении сосала меня. Как бы это было не странно, но потому уже через минутку я ощутил, что кончаю. Обратите внимание на то, что я даже не, стало быть, старался придерживать ее голову, я знал, что она сама все проглотит. Необходимо подчеркнуть то, что и она вправду это сделала, когда моя сперма как раз хлынула по ее горлу, лишь поглядела на меня своими как бы распахнутыми глазищами. Как бы это было не странно, но когда я вынул собственный орган, малая струйка потекла было по ее подбородку, но я отдал приказ слизнуть это и она безропотно повиновалась.
А я ощущал, что во мне хранится еще довольно семени, чтоб еще чуть-чуть так сказать поработать сейчас вечерком. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что так что я похлопал ее по животику и отдал приказ, чтоб она встала на четвереньки. Мало кто знает то, что тихо, безо всякого ропота, она как раз повиновалась мне. Все знают то, что я поставил ее раком и просто просочился в нее. Очень хочется подчеркнуть то, что при этом поставил я ее так, чтоб она была лишь в футе от членика другого, еще не как бы занятого белоснежного мальчугана и смотрела прямо на этот членик. Все давно знают то, что мне, в конце концов, хотелось, чтоб они смотрели друг на друга, так как ее я насиловал, а этот дурачок, стоя без штанов, от этого ссал кипяточком. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что так что я схватил ее за волосы и повернул голову ввысь. Необходимо подчеркнуть то, что мне кажется, что она от этого даже, в конце концов, успокоилась, обязано быть ей было постыдно также глядеть на членик, хотя чего же же ей сейчас уже, наконец, стесняться! У данной сучки было приятное мягкое подростковое тело, нежные розовые ягодицы и потираясь о их мой член чувствовался чрезвычайно огромным. И даже не надо и говорить о том, что он и по сути больше, чем у отпрыска, так что я откупорил ее еще пошире и глубже, чем он. Все знают то, что потому от каждого удара ей было больно и она издавала какое-то горловое рыдание, а ее тело, мягко говоря, ходило взад-вперед, так как мой изготовитель малышей просто жевал все ее влагалище, с каждым, как большинство из нас привыкло говорить, мощным толчком глубоко долбя ее глуповатую матку. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что с каждым проникновением ее огромные груди обширно качались из стороны в сторону, а время от времени даже со звуком пощечины ударяли друг о друга. И даже не надо и говорить о том, что она же в это время смотрела вперед впереди себя, на мальчишек, которые не только лишь не смогли защитить собственных подружек, да и, стало быть, возбуждались от, как мы привыкли говорить, того, что с ними делали. Возможно и то, что а мальчишкам было постыдно, они покраснели, но их членики напряглись, а ноги даже слегка покачивались в такт нашим движениям.
Говно, я просто неописуемо возбудился, так как я сразу насиловал и насиловал эту, как заведено выражаться, молодую школьницу-блондиночку, и в это время смотрел на немощных, как многие думают, белоснежных мальчишек. Все давно знают то, что потому уже через пару минут я ощутил, что груз прибыл. Очень хочется подчеркнуть то, что на всякий вариант я напряженно сжал ее, но Кристина уже не делала никаких усилий, чтоб, в конце концов, сопротивляться моему семени. Обратите внимание на то, что в длинноватых, как все знают, густых всплесках я загнал его глубоко в ее внутренности. Необходимо подчеркнуть то, что я привстал, с триумфом просто стукнул членом по пятой точке Кристины и запихнул его обратно в брюки. Все знают то, что кристина так и осталась также стоять на карачках, обязано быть у нее, в конце концов, кружилась голова, так как она слегка раскачиваясь из стороны в сторону и была не способен ни встать, ни даже свалиться на землю. Всем известно о том, что обернувшись, я увидел, что Амос уже, мягко говоря, кончает с Меджи. Необходимо подчеркнуть то, что он сверху донизу порвал ее платьице и сейчас она совсем как бы голая лежала на земле, а он, обширно расставив ноги над ее лицом, задвигал туда собственный орган. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я все смотрел, а в это время его темный член то влезал, то вылезал из ее рта. Необходимо подчеркнуть то, что если б иной мужчина делал это с Меджи, девченкой, которую я сам себе избрал, я бы ссал кипяточком, но это был Амос, так что все это дело внутрисемейное.
Так либо по другому, Амос снова начал свое завывание, а я знал, что это, в конце концов, значит, и Кристина с Меджи тоже уже узнали. Несомненно, стоит упомянуть то, что голова Меджи, схваченная руками Амоса, задрожала, так как он начал обстреливать семенем ее мозги, а она лишь беспомощно это сглатывала. Всем известно о том, что в конце концов он победно улыбнулся, а Меджи в это время смотрела вперед невидящим взором, ее огромные, как большинство из нас привыкло говорить, зеленоватые глаза так сказать затуманились, а изо рта вытекала и капала на землю струйка толстой, как всем известно, комковатой спермы.
Здесь я было решил, что все, хватит, пора как раз уходить и практически что лаского похлопал Кристину, которая по-прежнему стояла на четвереньках, по промежности, покрытой редкими коротенькими, как заведено выражаться, светлыми волосиками, на данный момент призывно распахнутой, с отвисшими покрасневшими губками, мокрыми от моей спермы. Как бы это было не странно, но похлопал совершенно легонько, но она совершенно обессилела, потому повалилась вперед, головой уткнулась прямо в пах кавалера, а руками для равновесия как бы ухватилась за его ноги. Всем известно о том, что и как бы здесь мне пришла в голову одна мысль.
- Послушайте, шлюшки,- произнес я,- вы сейчас, стало быть, освободились. Как бы это было не странно, но мы вами довольны, вы отлично поработали. Необходимо отметить то, что лишь кавалеров ваших жаль - они лишь смотрели. Всем известно о том, что правда, и этого им достаточно, видите, как гвоздики у их встали. Обратите внимание на то, что по сути членики у этих говнюков не очень и встали, лишь чуть-чуть, мягко говоря, приподнялись. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ну и размерчики были не чета нашим черным.
- Так что сейчас,- продолжил я,- ты, Кристина, встань на колени перед сиим говнюком, ты, Меджи, перед тем, и руками покачайте их чуть-чуть.
Девченки беспрекословно повиновались. Мало кто знает то, что они были уже так подломлены, что не только лишь готовы были дозволить, в конце концов, делать с, как мы выражаемся, собой все, что угодно, да и сами готовы были принять в этом живое роль. Обратите внимание на то, что амосу я повелел так сказать достать трусики Кристины, которые он закинул в кустики, а заодно и те, которые я содрал с Меджи около машинки. Необходимо отметить то, что трусики эти (меж иным, не чрезвычайно уж, как мы привыкли говорить, незапятнанные), пахнувшие, как заведено, мускусным запахом девственности, сейчас уже, как большинство из нас привыкло говорить, потерянной, мы поднесли к носам мальчиков.
Зрелище было красивое. Мало кто знает то, что привязанные к дереву и друг к другу говнюки, красноватые от стыда и сразу, как заведено выражаться, возбужденные, да так, что двигают бедрами навстречу своим сучкам. И действительно, две изнасилованные школьницы, уже безразличные ко всему и ничего, как мы с вами постоянно говорим, потому не стыдящиеся, стоят перед этими говнюками на коленях и руками наконец-то поглаживают и, как большинство из нас привыкло говорить, незначительно шевелят из стороны в сторону их органы, сейчас уже вправду поднявшиеся.
- А сейчас яичка им полижите.- Снова беспрекословное повиновение. Мало кто знает то, что мальчишки уже, кажется запамятовали, что они соединены, что их девицы изнасилованы. Необходимо подчеркнуть то, что лица этих говнюков покраснели, глаза так сказать полузакрылись, они пускали слюни от возбуждения и двигали своими бедрами взад-вперед. Возможно и то, что здесь я уже тоже не выдержал:
- Хватит, шлюхи. Очень хочется подчеркнуть то, что а то ваши кавалеры еще кончат. Несомненно, стоит упомянуть то, что и давайте раком становитесь. Само-собой разумеется, да не так, носиками их, стало быть, члены обнюхивайте,- произнес я, а сучки, стало быть, снова повиновались. И даже не надо и говорить о том, что ну а я, в конце концов, снова достал из штанов свою дубинку, вновь меж иным, как заведено, затвердевшую, и пристроился к пятой точке Меджи, Кристину-то я раком уже имел. Не для кого не секрет то, что амос тоже не терял времени даром - запихнул член в Кристину. Обратите внимание на то, что девки наши также снова начали как бы трястись, а у кавалеров вновь наконец-то расширились глаза и они также пробовали притронуться члениками к девицам - руки то у самих были соединены, а чувств, мягко говоря, хотелось.
Смотря на это я выдумал еще одну штуку. И даже не надо и говорить о том, что мы с Амосом как бы перевернули собственных девиц так, чтоб они как раз упирались своими промежностями в нос мальчишкам и сразу отсасывали нас. Очень хочется подчеркнуть то, что а говнюкам я отдал приказ сесть на землю и вылизывать мокрые, пышущие жаром влагалища, покрытые слизью, кровью и нашей как бы спермой. Все знают то, что говнюки поначалу пробовали отвернуть свои лица в сторону, но я прикрикнул на их и они поначалу подчинились, а позже и совсем вошли во вкус. Как бы это было не странно, но а девки, как ни удивительно, стали от этого возбуждаться, лица и даже шейки у их покраснели и они стали шумно дышать - обязано быть им было приятно, что с ними, в конце концов, занимаются их мальчишки. И даже не надо и говорить о том, что когда мы глубоко запихивали члены шлюшкам в глотку, те еще теснее прижимались к лицам собственных кавалеров, а эти говнюки лишь отфыркивались.
- Амос, смотри!- воскрикнул я увидев подергивания кавалера, стоящего передо мной.
Я прочно шлепнул Меджи по пятой точке, она отвела ее в сторону и мы узрели лицо этого щенка. Мало кто знает то, что с его носа на подбородок стекали, как мы выражаемся, густые сопли нашей спермы, глаза он закатил, а из гортани вырывалось какое-то подвизгивание. И даже не надо и говорить о том, что так что я опоздал отстранять кавалера от промежности девицы. Надо сказать то, что из его члена прямо в лицо Меджи несколько раз, стало быть, брызнула, как мы с вами постоянно говорим, тугая струя, он покачнулся и осел.
Так мы их и оставили - возбужденных мальчиков, сидячих голыми задницами на земле и стоящих раком, как заведено, много раз, как все знают, изнасилованных вялых девиц, уткнувшихся запятанными и, как люди привыкли выражаться, оплодотворенными влагалищами в лица собственных кавалеров.
Это была чрезвычайно радостная ночь, да и Амос стал пообразованнее насчет девок. Надо сказать то, что годом позднее он зашел в школу, в какой, мягко говоря, обучались Кристина и Меджи. Все знают то, что оказывается, той ночкой мы прирастили черную расу - через, вообщем то, девять месяцев обе девушки, мягко говоря, родили. Возможно и то, что амос гордится сиим и всюду хвастает. Необходимо подчеркнуть то, что он, вообщем то, считает, что один из этих малышей его. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что а я уверен, что малыш Меджи мой, и может быть Кристинин тоже. Вообразите себе один факт о том, что так что мы время от времени спорим, у как бы кого из их чей ребенок, но по сути для меня это не, наконец, имеет значения - чей я отец, а чей дедушка.
История, как мы привыкли говорить, 4-ая
Время от времени перерывы меж моими приключениями были чрезвычайно малы, а время от времени, наконец, растягивались на месяцы. Вообразите себе один факт о том, что в данном случае я лишь разглядывал все способности не спешил. Несомненно, стоит упомянуть то, что тогда я находил свои, как всем известно, старенькые жертвы и смотрел, что с ними наконец-то приключилось за это время.
В один прекрасный момент я ходил совместно со своим восьмилетним отпрыском Кевином и увидел даму, которая спускалась по дороге из магазина. Все знают то, что было лето и одета она была чрезвычайно просто. Необходимо подчеркнуть то, что шла она забавно, вприпрыжку и, возможно, наслаждалась летними каникулами, ведь уже через несколько недель должны были, мягко говоря, начаться занятия в школе. Вообразите себе один факт о том, что это была шатенка среднего роста. Надо сказать то, что мне, стало быть, показалось, что ей было не больше 14 либо 15 лет. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что еще издали, от кара я направил внимание на ее привлекательное невинное лицо. Обратите внимание на то, что ее грудки были еще малеханькими, но, наверное, жесткими, а ноги уже сформировались, как у взрослой дамы, они были красивы и плавненько выступали из-под платьица. И действительно, как я увидел ее, мой член начал, мягко говоря, пульсировать. Само-собой разумеется, я осознавал, что еще, как заведено, никакой мужчина не побывал у нее во рту либо меж ее бедрами, так что я мог стать первым.
Она обязана была пройти минуя как бы малеханького ручья, где росло много деревьев и кустов. Необходимо подчеркнуть то, что неподалеку была пара спостроек, около их как бы двигались люди, так что место для моего приключения было опасное. Не для кого не секрет то, что но я вправду чрезвычайно желал эту даму, чрезвычайно желал, чтоб вариант расположил моего темного малыша в ее животик. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что потому я решил, что игра наконец-то стоит свеч, лишь, мягко говоря, сделать все нужно чрезвычайно быстро. Все знают то, что я произнес Кевину, что на данный момент чуть-чуть как бы позабавлюсь, а он наконец-то может на это дело, вообщем то, поглядеть и что ему тоже будет любопытно. Не для кого не секрет то, что так что я припарковал кар и мы побежали к ручью.
Еще в прошедший раз я пожалел, что у меня не было с собой фотоаппарата, потому все ближайшее время возил его с, как заведено, собой. Возможно и то, что так что я повелел собственному мальчугану захватить его из машинки. Все знают то, что я еще ранее желал как бы снимать собственных женщин и то, что я делал с ними. Несомненно, стоит упомянуть то, что фото ведь могли, мягко говоря, получиться таковыми, что не грех было бы их и так сказать продавать.
Так либо по другому, я ожидал. Очень хочется подчеркнуть то, что я был чрезвычайно возбужден, и из-за девушки, и из-за угрозы.
По сути я даже не был уверен, что женщина, вообщем то, пройдет там, где я собирался ее поджидать. Само-собой разумеется, но уже через минутку опосля того, как мы, вообщем то, спрятались, я ее увидел. Всем известно о том, что она вправду была чрезвычайно симпатична, с прекрасными, как все знают, загорелыми ногами и маленькими, как люди привыкли выражаться, задорными сиськами. И даже не надо и говорить о том, что говно, я не мог больше так сказать ожидать! Я рассчитал собственный прыжок, кинулся и схватил ее. Всем известно о том, что одной, как многие думают, рукою я зажал ей рот, иной схватил за грудь и потянул ее вниз в кустарник.
Она так опешила, что поначалу лишь удивленно, в конце концов, взвизгнула. Необходимо подчеркнуть то, что только через пару секунд она начала биться и как раз орать. Надо сказать то, что я стукнул ее и показал ножик:
- Молчи, сучка! Ее огромные голубые глаза как раз наполнились ужасом, она начала дрожать, но сходу замолчала. Обратите внимание на то, что я поглядел вокруг, но не увидел никого, кто мог бы наконец-то узреть либо как раз услышать нас. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что но копы могли в хоть какой момент сюда заглянуть. Мало кто знает то, что так что я решил сделать свою работу как можно быстрей.
Я ощущал, как она извивается в моих руках, как пахнут ее духи, какая у нее мягенькая талия и жесткая грудь и возбудился от этого еще посильнее. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что дотронувшись своим, как заведено выражаться, голодным пульсирующим членом до ее бедер, иной, как заведено, рукою я схватил ее за блузку. Не для кого не секрет то, что сиськи у нее были мелкие и твердые, а маленькие соски как как будто окаменели. Вообразите себе один факт о том, что быть может она как раз возбудилась, ведь я знаю, что почти все школьницы наконец-то грезят быть, как заведено, схваченными черным, как многие выражаются, мужчиной, может быть это была сладкая мечта и данной девченки. Надо сказать то, что так либо по другому, я от всего сердца лапал и месил ее девственное мясо.
- О, пожалуйста, не нужно...- шептала женщина. Как бы это было не странно, но она дрожала и до погибели как раз ужаснулась, но как бы уже сообразила, что, наконец, сопротивляться не как раз стоит.
Я поглядел на ее лицо. Надо сказать то, что она вправду была симпатична, быть может, от юности - веснушчатые щеки, аккуратненький ротик с красноватыми губами. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что обязано быть она израсходовала пол-тюбика помады сиим днем, желая смотреться повзрослее. Необходимо отметить то, что я наклонялся и агрессивно поцеловал ее в губки, она также попробовала отстраниться. Надо сказать то, что говно, я умел лобзаться! Я запихнул, как все знают, собственный длиннющий толстый язык в ее рот, и, как всем известно, незначительно пошевелил им снутри. Необходимо отметить то, что ее глаза так сказать закрылись. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я осознавал, что ей тошно, вообщем то, ощущать во рту, как все знают, мой язык, но через минуту-другую во рту как раз будет еще кое-что, и это кое-что внушит ей куда большее отвращение. Обратите внимание на то, что я услышал щелчок. Необходимо отметить то, что это был Кевин, фотографирующий нас. Само-собой разумеется, звук возвратил меня к реальности. Мало кто знает то, что у меня было чрезвычайно не достаточно времени на занятия с данной школьницей, ежели я не желал быть, как заведено выражаться, пойманным, когда стану делать из данной хиппующей девчонки свиную, как большинство из нас привыкло говорить, отбивную.
Так что я поставил ее на колени. Необходимо отметить то, что она открыла рот и собралась также орать, но было ясно, что она не боец - очень юная и очень, как всем известно, испуганная. Обратите внимание на то, что это тоже отлично, по другому у меня могло бы не так сказать хватить времени сделать из нее тряпку.
Так либо по другому я достал член. Как бы это было не странно, но ее глаза сходу, мягко говоря, расширились, когда она его увидела - черномазого, толстого, на сто процентов вертикального, да вприбавок еще пульсировавшего. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что судя по ее взору, я уверен, никогда ранее она даже не лицезрела, как всем известно, живого, мягко говоря, члена, хотя бы даже не такового, как многие выражаются, огромного и, как все знают, массивного. Необходимо отметить то, что это отлично, настало время наконец-то отдать этому малышу образование:
- Чуть-чуть полижи и пососи меня, тогда отпущу. Все знают то, что лишь условие - глотай! Она не отвечала, лишь смотрела на меня большими испуганными очами. Все знают то, что я схватил ее за волосы и начал, мягко говоря, подталкивать ее лицо вниз к собственному нетерпеливо ожидающему органу. И даже не надо и говорить о том, что ее шейка была напряжена, незначительно сопротивляясь, но голова медлительно наконец-то наклонилась. Несомненно, стоит упомянуть то, что тем временем мой мальчишка вовсю снимал. Очень хочется подчеркнуть то, что я повелел ему кропотливо проверить, чтоб пленки хватило и на предстоящее, ведь в запасе был лишь один рулон.
Когда головка члена, стало быть, коснулась этих, как все знают, полных бардовых губ, я уже был готов, мягко говоря, здесь же как раз кончить. Не для кого не секрет то, что женщина твердо сжала губки, эта сучка не желала, вообщем то, делать то, что ей было приказано. Само-собой разумеется, я грубо дернул ее за волосы, она чуток взвизгнула от боли. Необходимо отметить то, что и лишь тогда ее губки медлительно, стало быть, раздвинулись.
- О-о-о!- стонал я, а моя, как мы привыкли говорить, длинноватая темная змея скользнула в ее лицо. Все давно знают то, что я переместил член к, как заведено выражаться, левой щеке, позже к правой. Как бы это было не странно, но на щеках у нее попеременно стали, стало быть, появляться огромные пульсирующие неровности. Несомненно, стоит упомянуть то, что это смотрелось отлично - ее юное веснушчатое лицо, а меж, как многие думают, полными красноватыми губками - темный член с набухшими венами. Необходимо отметить то, что я ощущал ее зубки и маленький приятный язычок. Необходимо подчеркнуть то, что ее глаза обширно раскрылись и беспомощно смотрели на мой толстый темный как бы прут, то влезающий, то вылезающий из нее.
Я начал наконец-то иметь ее в рот. Возможно и то, что женщина никак не была сосуньей, никакого опыта у нее очевидно не было. Как бы это было не странно, но она лишь затягивала его, как соломинку, и даже не знала, как также применять язык. Возможно и то, что ну ничего, вид юный, как многие думают, белоснежной школьницы, сосущей мою мужественность, восполнял мне недочет ее способностей. Необходимо отметить то, что быть может я либо иной темный когда-нибудь также воспользуется тем опытом, который она на данный момент получала. Все давно знают то, что а тем временем она обязана поработать для меня. Вообразите себе один факт о том, что было тихо, не было слышно ничего, не считая ее, как все говорят, сдавленных всхрипываний, причмокивания и ударов моих волосатых яиц по ее лицу. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я продолжал может быть далее засовывать член в ее рот и был сейчас способен, наконец, чувствовать его снутри. Возможно и то, что говно, один либо дважды я так глубоко его загнал, что мне даже показалось - вот-вот он высунется через ее затылок.
Тем временем мой мальчишка пристально смотрел на нас и обширно также улыбался. Как бы это было не странно, но это было образование и для него. И действительно, через несколько секунд я ощутил, что сперма начала подниматься ввысь от моих огромных яиц. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я 2-мя руками прочно схватил даму за голову, зажал ее и напрягся. Возможно и то, что она сообразила, что я кончаю - все ее тело застыло, кулаки, наконец, сжались. Возможно и то, что тогда и я также взорвался.
- О-о-о!- вопил я, обстреливая семенем ее мозги.
Девченка, стало быть, попробовала застонать, но ее рот был так сказать заткнут членом, тогда и ее начало так сказать тошнить. Мало кто знает то, что она попробовала, наконец, отстраниться, но я прочно держал ее голову прикрепленной к моему плюющемуся органу. Возможно и то, что она, мягко говоря, содрогнулась, но начала как раз глотать с, как многие думают, таковой скоростью, как могла. И действительно, я же продолжал кончать, выстреливая в нее один густой всплеск за иным. Вообразите себе один факт о том, что скоро сперма стала, мягко говоря, капать из ее рта, хотя она и наконец-то пробовала все как раз проглотить.
В конце концов, я выстрелил крайний раз и освободил ее. Все знают то, что женщина, рыдая, свалилась на землю, а семя полилось из ее рта и с подбородка, пачкая блузку. Обратите внимание на то, что я направил внимание, что вокруг ствола члена в том месте, где были ее губки, возникло ярко красноватое кольцо. Очень хочется подчеркнуть то, что я уверен, когда она сиим днем мазала губки, она никак не ждала, что эта помада окажется на черном члене!
Лежа на земле она смотрелась так симпатично, ее девичьи ноги так мягко покачивались, что я решил рискнуть еще минутой-другой. Очень хочется подчеркнуть то, что я во что было ни стало был должен, мягко говоря, спариться с ней! Я осознавал, что это чрезвычайно небезопасно, но я был должен подарить ей, как заведено, маленького малыша.
Так что я присел рядом и начал стягивать с нее шорты. Надо сказать то, что девченка попробовала было, мягко говоря, закричать, но гулкая пощечина принудила ее замолчать. Вообразите себе один факт о том, что и она совершенно не боролась со мной. И действительно, мне постоянно было любопытно, почему девушки чрезвычайно изредка сопротивляются опосля, как все знают, того, как наконец-то отсосут? Быть может, как заведено выражаться, поэтому, что темная сперма таковая, как мы привыкли говорить, едкая, что, стало быть, доходит прямо до их мозгов? Так либо по другому, я стащил ее шорты. Несомненно, стоит упомянуть то, что на ней были мелкие полупрозрачные, как всем известно, розовые трусики с какими-то птичками. Всем известно о том, что говно! Я схватился за резинку, порвал их, откинул в кустики и увидел черный треугольник, поросший реденькими коротенькими курчавыми волосиками с чрезвычайно высочайшей, как заведено, детской щелкой. Обратите внимание на то, что коленом я раздвинул ей ноги, лег меж ними, а она даже не, в конце концов, пикнула. Обратите внимание на то, что говно, лежать на ней было чрезвычайно приятно, я чувствовал каждый изгиб ее, как большая часть из нас постоянно говорит, детского тела, все еще ощущал запах ее духов, хотя уже и смешанный с запахом моего семени. Всем известно о том, что она дрожала, но не, наконец, сопротивлялась. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ее ноги были мягенькими и, как многие думают, теплыми, готовыми к взятию. И даже не надо и говорить о том, что я начал вползать в ее девственность.
Говно, там все было напряжено, а, как многие выражаются, мой член очень массивен. И даже не надо и говорить о том, что я продолжал, в конце концов, вталкиваться в нее. Все знают то, что в конце концов, опосля 1-го, как всем известно, резкого толчка она вскрикнула и застонала. Вообразите себе один факт о том, что я сообразил, что это означало и медлительно просочился в нее. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что еще одна белоснежная девственница также получила щепотку черноты.
Я слышал, как Кевин чуток ли не раз в секунду щелкал аппаратом - мальчугану, обязано быть, тоже было приятно.
Мой член прогрызал ее тело, дюйм за дюймом. Как бы это было не странно, но девченка от этого задыхалась и вскрикивала, а ее мягенькие ноги дергались. Как бы это было не странно, но лишь через минутку я на сто процентов засадил в нее мой орган. Обратите внимание на то, что я приподнялся на руках, поглядел вниз и восхитился собственной, как большая часть из нас постоянно говорит, работой: извивающаяся на пятой точке молоденькая школьница с моим черным изготовителем малышей, комфортно, как люди привыкли выражаться, устроенным в ее щелке, окруженной гладкими, как всем известно, белоснежными бедрами.
Мой член поглаживал ее внутренности, она корчилась и стонала, наколотая и побежденная. Вообразите себе один факт о том, что хотя она была напряженна и вся сжалась, я ощутил, что снутри девченка, стало быть, увлажнилась. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что мне стало смешно - может она считала, что не, в конце концов, желает меня, но ее тело задумывалось по другому. Надо сказать то, что я начал старенькым, как мы выражаемся, хорошим "вверх-вниз" делать из нее свиную, как заведено, отбивную. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что с каждым толчком ее мелкие твердые сиськи подпрыгивали, она вскрикивала и взвизгивала. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я решил, что прошло уже очень как бы много времени, потому ускорился. Возможно и то, что я чувствовал все ее внутренности, горячие, напряженные и, как заведено, сырые. Возможно и то, что потому что она была совсем послушна, я отдал приказ, чтоб она обняла меня ногами. Все давно знают то, что опосля как бы секундного колебания я ощутил, как ее ноги медлительно наконец-то поднимаются и, в конце концов, дотрагиваются до моей задницы. Мало кто знает то, что мне даже показалось, что она тоже так сказать возбудилась, так как немножко стала мне, вообщем то, подмахивать. Обратите внимание на то, что я лишь ехал на ней, а она стонала и корчилась под моим прутом размножения. Само-собой разумеется, так что я несколько минут веселился, пока не ощутил заключительное победное движение груза по моему члену. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ее тело напряглось - она ожидала свою судьбу.
Тогда и я во 2-ой раз взорвался. Необходимо отметить то, что наши тела совместно наконец-то дернулись, а мое семя потекло в нее. И даже не надо и говорить о том, что глаза ее обширно раскрылись и поглядели на меня таковым особым, как всем известно, изнасилованным взором. Всем известно о том, что я наклонился, поцеловал ее и снова заглянул в ее голубые глаза, ведь в это время я запускал, как заведено выражаться, толстые густые комки жизни в ее побежденное тело. Все знают то, что я запускал их опять и опять, пока сперма не потекла по ее ляжкам на землю. Надо сказать то, что и лишь тогда она сняла с меня свои ноги. Само-собой разумеется, я вынул член и нежно стукнул им по ее животику, уже расслабившемуся и мягенькому.
Что касается меня, я ощущал себя отлично. И даже не надо и говорить о том, что это хороший метод начинать недельку. Обратите внимание на то, что она села на землю, все еще с, как мы выражаемся, раздвинутыми ногами, я застегнул брюки, запихнул ее трусики в кармашек, как трофей и поглядел вокруг - было тихо, никого не видно. И действительно, тогда я решил, что время у меня есть еще и можно, как многие думают, незначительно как бы продолжить образование собственного сынка:
- Кевин, она для тебя нравится? Правда, привлекательная?
- Чрезвычайно, папа.
- Можешь ее чуть-чуть потрогать. Необходимо подчеркнуть то, что а ты сними блузку.
Женщина безропотно, наконец, подчинилась. Все давно знают то, что лифчика она еще не, вообщем то, носила и мы на мгновение узрели две мелкие очаровательные грудки с, как заведено, розовыми бутончиками чуть наметившихся сосков. Все давно знают то, что на мгновение, так как она сразу закрыла их руками. Несомненно, стоит упомянуть то, что говно, она еще так сказать стесняется! Стесняется опосля всего, что лишь что было. Очень хочется подчеркнуть то, что я не выдержал:
- А ну, убери руки! И побыстрее!
Она сразу послушалась. Само-собой разумеется, и нам наконец-то снова раскрылись ее грудки. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что они были хотя и мелкие, но чрезвычайно, как заведено, красивые. Всем известно о том, что кевин подошел ближе и осторожно, даже испуганно дотронулся до, как люди привыкли выражаться, какой-то из них.
- Не бойся, она не, мягко говоря, кусается. Необходимо подчеркнуть то, что и посмелее, пощупай ее.
- Для чего же вы это делаете, он ведь еще совершенно ребенок!- опомнилась женщина.
- Ах, так! Еще возражаешь! Кевин, давай сильнее,- и, в конце концов, здесь, как многие думают, мой мальчишка разошелся. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что обеими руками он схватил ее за груди, прочно их сдавил, поводил из стороны в сторону, а позже уцепился за сосок и далековато оттянул одну сиську. Несомненно, стоит упомянуть то, что она даже наконец-то взвизгнула:
- Больно!
- Что ты произнесла? Для тебя, что, не нравится, что ребенок, как многие думают, тобой как раз интересуется? Поблагодари его!- Она молчала. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что тогда я подошел, за волосы оттянул ее голову назад и влепил ей пощечину.
- Спасибо,- через силу произнесла девченка. Не для кого не секрет то, что но мне этого было уже не достаточно:
- За что спасибо? Повтори внятно!- грубо произнес я.
- Спасибо, что ты меня трогаешь, но лишь, пожалуйста, не делай больно...
- А сейчас покажи ему, что у тебя меж ногами. И даже не надо и говорить о том, что ложись, задери ноги к груди и раздвинь их. Все знают то, что и за все, что он будет так сказать делать, благодари его. Само-собой разумеется, и разъясняй, за что благодаришь.
Она зарыдала, но также снова сходу как раз подчинилась, подняла ноги ввысь и прихватила их руками. И даже не надо и говорить о том, что по ее промежности, затекая в задний проход, все еще наконец-то лилась моя сперма. Само-собой разумеется, я взял ее блузку и насухо вытер даму, а Кевин присел и провел рукою по ее ляжке. Как бы это было не странно, но она прикусила губу и молчала.
- А как раз благодарить?- грубо спросил я.
- Спасибо,- произнесла она через слезы.
- А за что спасибо?- переспросил я и снова влепил ей пощечину.
- Спасибо, что ты меня погладил.
Кевин провел, как многие думают, рукою по ее лобку и слегка пошевелил выступающие губки.
- Спасибо, что для тебя любопытно, как я устроена,- уже без напоминаний, но все еще, как люди привыкли выражаться, всхлипывая, произнесла она.
- А ты раздвинь руками свою щелку, сама ему демонстрируй, требуй потрогать и именуй, что показываешь. Всем известно о том, что и благодарить не запамятовай,- отдал приказ я.
Она почему-либо лишь на данный момент, мягко говоря, смутилась, покраснела, но безропотно провела пальцами по волосикам:
- Это лобок, погладь.- Кевину игра пришла по душе, он 2-мя пальцами защипнул несколько волосков и дернул их. Несомненно, стоит упомянуть то, что глаза у нее снова как раз налились слезами, обязано быть, не столько от боли, сколько от унижения. Надо сказать то, что она покраснела еще посильнее, даже шейка налилась кровью, но покорно продолжала:
- Спасибо. Все знают то, что а это огромные, как большинство из нас привыкло говорить, срамные губки, потрогай их.
- А пожалуйста?
- Потрогай их, пожалуйста,- она пальцами слегка приподняла губы, а Кевин с, как мы привыкли говорить, улыбкой схватился за одну и потянул. Все знают то, что губа сходу растянулась и ему это, видно, понравилось. Надо сказать то, что он отпустил ее и потащил за другую.
- Спасибо, что ты мне их оттягиваешь. Несомненно, стоит упомянуть то, что а это малые, как люди привыкли выражаться, срамные губки, потрогай их тоже... пожалуйста,- она уже без напоминаний покорно раздвинула руками наружные губки в стороны, открыв венчик, и пальцем указала на него. Надо сказать то, что кевин низковато нагнулся, жадно, как всем известно, впитывая в себя все, что он лицезрел, и следовал за ее руками. Необходимо отметить то, что она развела и эти губы:
- Спасибо. Необходимо подчеркнуть то, что а это клитор, он самый чувствительный.- Как Кевин схватился за него, девченка сходу, в конце концов, дернулась:
- Пожалуйста, не так сильно,- и как бы здесь я ее сходу поддержал:
- Кевин, лаского поводи по нему пальцем и взгляни в это время на нее. Очень хочется подчеркнуть то, что как, как многие думают, мой мальчишка стал поглаживать клитор, девченка, уже ничего не стесняющаяся, да еще изрядно возбужденная тем, что с ней вышло и происходило на данный момент, закрыла глазки, прикусила нижнюю губу и стала чуть-чуть двигать бедрами, как как будто, как мы привыкли говорить, подмахивая собственному, как все знают, воображаемому партнеру. Возможно и то, что видно, дома она часто онанировала. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что кевин застыл, а я так сказать расхохотался:
- Хватит с нее. Необходимо подчеркнуть то, что она уже получила, что как раз причиталось. Не для кого не секрет то, что а ты, сучка, давай далее.
Девченка, хотя еще не отошла от, как многие думают, неожиданного возбуждения, не посмела возразить:
- Спасибо, что ты меня так отлично погладил. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что а это влагалище. Очень хочется подчеркнуть то, что для чего оно, ты уже лицезрел,- она опять как бы всхлипнула, а по щекам у нее наконец-то покатились слезы. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что мой мальчишка запихнул туда палец и пошевелил у нее снутри. Обратите внимание на то, что она уже даже не так сказать дернулась, лишь глазки прикрыла - видно помешали этому нахлынувшие воспоминания о изнасиловании. Необходимо подчеркнуть то, что а Кевин серьезно уже заинтересовался, как бабы устроены:
- А писяешь ты тоже оттуда?
- Нет, вот малая дырочка - урина, из нее,- уже совершенно расслабленно и ни капельки не стесняясь ответила наша сучка.
И также здесь мой мальчишка нежданно заявил:
- Папа, я тоже желаю, в конце концов, писять.- Я даже удивился, до того некстати это прозвучало. Несомненно, стоит упомянуть то, что и здесь мне в голову пришла еще одна мысль. Надо сказать то, что я огляделся по сторонам. И действительно, по прежнему было тихо, никого не видно не слышно. Всем известно о том, что я решил, что можно, наконец, продолжать:
- Тогда ах так. Само-собой разумеется, ты садись, хватит, належалась, отдохнула. Необходимо подчеркнуть то, что расстегни мальчугану ширинку, достань то, что там отыщешь, ротик, как большая часть из нас постоянно говорит, открой и направь в него. Все знают то, что а ты, Кевин, дуй туда.
- Как, прямо ей в рот?
- Естественно, а куда же еще. Надо сказать то, что наверное ей это понравится. Несомненно, стоит упомянуть то, что правда, сучка?
Она молчала. Всем известно о том, что я ждал хоть какого-либо сопротивления с ее стороны, но ничего этого не было. Обратите внимание на то, что опосля всего, что мы с ней сделали, она стала совсем, как большая часть из нас постоянно говорит, покорной. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я думаю, что если б я отдал приказ ей голой пойти по городку и, мягко говоря, отдаваться каждому, как мы выражаемся, встречному, она бы и на это, в конце концов, согласилась без возражений. Обратите внимание на то, что вроде бы там ни было, она села, мой мальчишка встал около нее, девица расстегнула его брючки и достала содержимое. Все давно знают то, что темный членик моего мальчугана еще как надо не вырос, даже вставать толком еще не мог, лишь немножко напрягся, быть может от возбуждения, а быстрее просто от скопления мочи. Вообразите себе один факт о том, что а она его также растянула из штанов и, наконец, нацелила на как бы собственный рот.
Какое это было красивое зрелище! На сто процентов, как все знают, голая, лишь что, как все говорят, изнасилованная прекрасная, как все говорят, белоснежная школьница, мягко говоря, посиживает с, как многие выражаются, открытым ртом, держит 2-мя пальцами членик черномазого малыша, а тот собирается как бы лить прямо в нее. Все знают то, что я пожалел, что сам не фотографировал, когда, как мы с вами постоянно говорим, мой мальчишка ее трогал и разглядывал. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что да и на данный момент еще не поздно. Всем известно о том, что я поднял аппарат с земли и начал снимать. Необходимо подчеркнуть то, что а Кевин тем временем пустил в нее струю. Всем известно о том, что судя по лицу ей было чрезвычайно тошно наконец-то пить черномазую мочу, ее тошнило, но девица изо всех сил пробовала, мягко говоря, глотать. И действительно, и глотала, но не успевала. Как бы это было не странно, но струя с лица побежала на ее грудь, животик и закончилась кое-где в промежности. Мало кто знает то, что я все это снимал. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что писял, как заведено выражаться, мой мальчишка никак более 2-ух, в конце концов, минут, а позже отвел ее руку и как раз собрался было как раз упрятать, как все знают, собственный орган в брюки.
- Погоди, не как раз спеши,- произнес я ему.- А ты, сучка, не выплевывай остаток.
Все проглоти. Необходимо подчеркнуть то, что молодец. Вообразите себе один факт о том, что а сейчас оближи его и поблагодари.
Она снова безропотно послушалась, кропотливо вылизала членик, сама, без моего приказа, заправила его в трусы, застегнула брючки, а позже произнесла:
- Спасибо, что ты пописял в меня.
Я так думаю, что ей все это понравилось. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я никогда больше не лицезрел эту даму, так что не знаю, как далее также сложилась ее жизнь, не знаю, вышел у нее, как все говорят, мой ребенок либо, мягко говоря, нет. Возможно и то, что но, как люди привыкли выражаться, мой мальчишка, который еще долго вспоминал наше приключение, утверждал, что через несколько месяцев он ее лицезрел и у нее был, как большая часть из нас постоянно говорит, большой животик, но я не знаю, правда это либо также нет. Все знают то, что так либо по другому, фото, в конце концов, оказались хорошими, в особенности те, на которых она воспринимает в рот, наконец, члены. Все знают то, что ее лицо на их было большим планом и эти снимки я смог чрезвычайно успешно реализовать.
История 5-ая и крайняя
У меня была кислая неделька, имел я лишь свою кобру и желал чуть-чуть свежайшего, как мы выражаемся, белоснежного мяса. Обратите внимание на то, что и вот как-то увидел стайку девчонок, идущих в местный гимнастический зал. И даже не надо и говорить о том, что так что я как бы припарковался и зашел туда. Мало кто знает то, что было соревнование по баскетболу, а эти девчонки должны были там выходить на поле и приветствовать зрителей. Всем известно о том, что я даже средства издержал - купил билет, чтоб так сказать проследить за этими конфетками и узнать, можно ли попозже, в конце концов, связаться с, как большинство из нас привыкло говорить, какой-то из них.
Я не смотрел за игрой, я изучал девчонок. Как бы это было не странно, но их было с десяток, подпрыгивающих вокруг в маленьких белоснежных, как всем известно, плиссированных юбочках. Несомненно, стоит упомянуть то, что на, как большая часть из нас постоянно говорит, неких, в конце концов, растрачивать силы не хотелось, но одна мне, мягко говоря, приглянулась. Очень хочется подчеркнуть то, что это была высочайшая блондинка с, как многие думают, длинноватыми волосами, перевязанными сзаду голубой, как большинство из нас привыкло говорить, лентой. Само-собой разумеется, у нее было привлекательное невинное лицо, огромные, как заведено выражаться, голубые глаза, носик, как заведено выражаться, клавишей и, как мы выражаемся, полные губки, намазанные, как мы с вами постоянно говорим, красноватой помадой. Само-собой разумеется, она была с длинноватыми, как большинство из нас привыкло говорить, загорелыми ногами и с неплохими сиськами.
Когда она резко так сказать повернулась я увидел, как под юбкой мелькнули ее трусики. Надо сказать то, что мой темный член запульсировал, когда я это увидел, ведь еще ранее я смотрел на движения ее стройных ног, на то, как ее ноги колышут юбку, а прочные груди, наконец, выпирают из свитера. Вообразите себе один факт о том, что она небось задумывалась, что может, в конце концов, демонстрировать свое оборудование не, мягко говоря, платить за это. Мало кто знает то, что а заплатить как бы придется, я был максимально нагружен, как многие выражаются, сильной, как мы с вами постоянно говорим, темной спермой и мне как раз требовалась эта женщина. Все давно знают то, что закончилась игра, я вышел и стал ожидать в машине. Возможно и то, что минут через 20 я увидел ее в дверях зала. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что шла она вприпрыжку совместно с хихикающими подружками. Вообразите себе один факт о том, что они все были молоденькие, красивые, так что я захотел прямо сходу высадить свое семя в, как люди привыкли выражаться, каждую, но для этого не было никакой способности. Само-собой разумеется, так что я был должен ограничиться одной, ну а блондинку свою я уже избрал. Все давно знают то, что она, наконец, попрощалась с девчонками, залезла в машинку и выехала со стоянки. Не для кого не секрет то, что я следовал за ней.
У меня не было плана, я лишь надеялся, что все получится. Не для кого не секрет то, что хотя традиционно с, как заведено выражаться, первого раза ничего не выходит и женщина уходит. Как бы это было не странно, но но, мягко говоря, оказалось, что фортуна была, как всем известно, той ночкой со мной.
Женщина припарковалась перед домом и вышла. Очень хочется подчеркнуть то, что окна в нем были, как все говорят, темными, но лишь я проехал мимо, тормознул и вышел из машинки, как дом осветился. Обратите внимание на то, что так что я представил, что моя школьница дома одна.
Я нередко обкрадываю квартиры, так что остальное было просто. Надо сказать то, что поначалу, стало быть, проверить, нет ли собаки. Все давно знают то, что нет, в доме никакой собаки. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что тогда заглянуть в окна. Очень хочется подчеркнуть то, что прошел мимо кухни, заглянул в, как люди привыкли выражаться, гостиную. И действительно, она там, говорит по телефону и как раз смеется. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что она распустила волосы, и они так сказать рассыпались по спине, даже на взор мягенькие и, как многие выражаются, шелковистые. Все давно знают то, что она смотрелась, как большая часть из нас постоянно говорит, веселой и, как люди привыкли выражаться, счастливой, а во время разговора переступала ногами и ее ноги качались, двигая, как мы выражаемся, коротенькую юбку.
Может быть, она как бы говорила с приятелем, либо с, как все говорят, подругой. Как бы это было не странно, но мне было все равно. Как бы это было не странно, но все, о чем я задумывался, так либо по другому, стало быть, относилось к сиим бедрам. И действительно, я желал наконец-то узреть ее взор в тот момент, когда мой темный член-насильник начнет в нее, мягко говоря, влезать.
Я подошел к дому с иной стороны, открыл окно и через мгновение был в спальне. Вообразите себе один факт о том, что у меня хватало практики в этом, так что передвигался я медлительно и тихо, как какой-либо африканский хищник. Вообразите себе один факт о том, что я огляделся, это была спальня ее родителей. Надо сказать то, что на ночном столике стояла фото моей девушки и лежала куча драгоценностей. Как бы это было не странно, но обычное говно белоснежного человека. Обратите внимание на то, что я избрал фаворитные из их, взял, как люди привыкли выражаться, незначительно наличных, лежащих рядом, и запихнул все это в кармашки. Обратите внимание на то, что это было хорошим возбуждающим. Возможно и то, что тогда я пошел к ней.
Было тихо, даму я не слышал. Всем известно о том, что это отлично, я не сумел бы напасть на нее, пока она говорила по телефону, но сейчас путь был открыт. И даже не надо и говорить о том, что я еще не знал, что, наконец, делать, когда ее предки возвратятся домой, так что все обязано быть изготовлено быстро. Все давно знают то, что я пошел в, как многие думают, гостиную, заглянул за угол и увидел, что я сейчас лишь в пары футах от моей добычи...
Она лежала на кушетке на животике, листала журнальчик мод и еще не знала, что я рядом. Возможно и то, что ее, как заведено, светлые волосы, стало быть, раскинулись по спине, а ноги, стало быть, болтались в воздухе, как нередко также делают школьницы. Не для кого не секрет то, что я смотрел на ее ноги, на ноги, приподнимающие юбку, на нижний край ее сиреневых трусиков. Возможно и то, что от волнения я начал посильнее наконец-то дышать, а, как все знают, мой толстый темный член напружинился. Необходимо отметить то, что я достал ножик, тихо подошел к ней и опустил руку меж ее мягенькими теплыми крепкими юными бедрами, сразу покрывшимися, как заведено выражаться, гусиной кожей. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что женщина завизжала и быстро перевернулась. Очень хочется подчеркнуть то, что лишь тогда она увидела меня, огромного, как все знают, темного мужчину, стоящего рядом, усмехающегося и с, как мы выражаемся, занесенным над ней ножиком.
- На помощь!- заорала она, соскочила с кушетки и побежала. Все знают то, что это было так быстро, что я растерялся. Возможно и то, что она практически добралась до двери, пока я не подбежал не схватил ее. Все знают то, что она царапалась и боролась, как реальный бойскаут. Само-собой разумеется, сучка была посильнее и крепче, чем я ждал. Само-собой разумеется, потребовалась вся моя сила, чтоб так сказать кинуть ее на пол, но даже тогда она продолжала биться и как бы царапаться. И действительно, моя левая рука уже кровоточила. Всем известно о том, что в конце концов я ее сильно стукнул, сильно нажал на плечи и попробовал придавить к полу.
- Насилуют! На помощь! Насилуют!- продолжала она пронзительно, в конце концов, визжать. Несомненно, стоит упомянуть то, что говно, глас у нее тоже был мощный. И даже не надо и говорить о том, что я рассердился и даже незначительно запаниковал. Очень хочется подчеркнуть то, что я опять и опять прочно бил ее, опять и опять она вскрикивала от боли. Надо сказать то, что в конце концов я приставил ей ножик к горлу. Надо сказать то, что это принудило ее притихнуть.
- Либо ты, сука, замолчишь, либо я тебя зарежу,- произнес я. Необходимо отметить то, что это, в конце концов, ее образумило, лишь огромные, как мы выражаемся, голубые глаза наполнились страхом.
- Пожалуйста, мистер, не нужно. Всем известно о том, что я отдам для вас много средств, все, что желаете.
- Ты, сука, сделаешь то, что я захочу. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что тогда будешь также жить. И действительно, договорились?
Она кивнула. Вообразите себе один факт о том, что а я ощущал под собой движения ее, как все говорят, мощного юного тела, мягенькие и, как все говорят, плавные изгибы. Обратите внимание на то, что она пахла дорогими терпкими духами, ее груди, в конце концов, покачивались. Все знают то, что говно, я не мог больше ожидать!
Я расстегнул молнию и извлек на свет толстый черномазый член. Надо сказать то, что он был огромен и, стало быть, дергался. И даже не надо и говорить о том, что ее глаза обширно открылись, когда она сообразила, что я, в конце концов, собираюсь делать.
- НЕТ!- сучка опять пронзительно завизжала и попробовала, стало быть, вырваться. Необходимо отметить то, что она резко, наконец, стукнула меня по руке, ножик свалился на пол и мы снова начали драться. Очень хочется подчеркнуть то, что это была, как люди привыкли выражаться, самая мощная женщина из всех, на которых я когда-либо нападал, и биться она тоже умела. И действительно, но от того, что она так сопротивлялась мне завоевание обязано было стать, как заведено, намного наиболее, как большинство из нас привыкло говорить, приятным. Мало кто знает то, что в конце концов я придавил ее к полу. Само-собой разумеется, она задыхаясь лежала на нем, ее как бы светлые волосы, наконец, раскинулись по паркету, одежда растрепанна.
- Сейчас, сука, соси и заглатывай мой член. И даже не надо и говорить о том, что и делай это лучше!- я уже рычал.
Я считал, что лучше хорошо ее запугать, чтоб она не попробовала укусить. Надо сказать то, что я не рискнул бы запихнуть его ей в рот хотя бы пару минут назад. Всем известно о том, что но сейчас я лицезрел, что девченка на сто процентов терроризирована мной и будет также делать то, что я приказываю. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я пододвинул, как все говорят, мой темный, с набухшими венами член к ее белоснежному лицу и дотронулся им до ее губ, покрытых помадой. И даже не надо и говорить о том, что она с отвращением скосила на него глаза, а рот все еще, в конце концов, отрешалась открыть. Несомненно, стоит упомянуть то, что говно, это также рассердило меня!
- Открывай, сука, рот и соси. Необходимо отметить то, что это, как всем известно, твой крайний шанс остаться в живых!- рявкнул я и, в конце концов, снова начал ее бить. Необходимо подчеркнуть то, что она лишь сопела, но опосля в особенности, как мы выражаемся, мощного удара все таки закрыла глаза и слегка также раздвинула губки.
Я сообразил это, как приглашение и принял его. Всем известно о том, что моя темная змея, вообщем то, скользнула в ее рот. Очень хочется подчеркнуть то, что на ее щеке, наконец, возникла, как мы привыкли говорить, пульсирующая неровность. Несомненно, стоит упомянуть то, что это смотрелось отлично - ее прекрасное юное белоснежное лицо, с засунутым в него как бы толстым черным членом, да еще, как мы привыкли говорить, незначительно воняющим и липким. (Поправде, сейчас днем опосля сношения со собственной, как мы привыкли говорить, коброй я его не вымыл.) Итак, я начал задвигать его вниз по ее горлу. Несомненно, стоит упомянуть то, что она пробовала как бы сопротивляться, но я ее прочно держал. Очень хочется подчеркнуть то, что ее глаза были сжаты, рот скривился, но она честно его сосала. Как бы это было не странно, но мои, как многие думают, волосатые темные яичка с, как мы привыкли говорить, каждым толчком били ее по лицу. Надо сказать то, что я поглядел вниз. Само-собой разумеется, ее ноги были скрещены и она как раз корчилась на ковре, как говнюк на крюке. Надо сказать то, что не было никаких звуков, не считая ее чмоканья. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что это было восхитительно! Через минутку я уже ощутил, как сгустки моего черномазого семени двинулись от яиц вниз по члену. Очень хочется подчеркнуть то, что тогда и я выстрелил в ее гортань.
Она, мягко говоря, корчилась, ее тошнило, но моя сучка сделала то, что было приказано и начала, вообщем то, глотать. Необходимо отметить то, что я, вообщем то, снова и, в конце концов, снова стрелял в нее, пока сперма не потекла из ее рта. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что со хохотом я вынул член. Мало кто знает то, что она открыла глаза и начала плакать. Возможно и то, что лицезрели бы вы ее взор, когда мое семя стекало по ее подбородку! Она уже не была сейчас таковой, как мы привыкли говорить, нахальной, как несколько минут назад, сейчас, когда она была обязана, мягко говоря, испытать меня на вкус.
Я поставил ее на ноги и потащил к двери. Все знают то, что мой член уже был опять вертикален, потому что знал, что будет далее. Несомненно, стоит упомянуть то, что я ощущал прикосновения ее тела, покорно идущего передо, как большинство из нас привыкло говорить, мной. И даже не надо и говорить о том, что я слегка стукнул членом по ее, как все знают, напряженной малеханькой попке, она вздрогнула и дернулась. Все давно знают то, что видно, ее дух все таки еще не был нарушен.
- Где твоя спальня?- спросил я.
Дрожа она указала на дверь. Вообразите себе один факт о том, что я затащил ее туда. Все давно знают то, что ее комната была заполнена, как многие выражаются, спортивными эмблемами, плакатами рок-групп, снимками животных и схожим говном. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что маленькая, вообщем то, кровать стояла в углу.
- Эта кровать, пожалуй, довольно широка для нас двоих,- засмеялся я и потянул ее туда.
- Пожалуйста, не делайте этого,- захныкала она и как раз продолжила мягеньким девичьим голоском,- ежели вы не изнасилуете меня я буду делать все, что желаете.
- Что конкретно?- переспросил я, сдерживая хохот. - Что угодно, что угодно,- упрашивала она и тихо-тихо встала передо, как мы привыкли говорить, мной на колени. Вообразите себе один факт о том, что слезы, мягко говоря, скатывались с ее лица.
Говно, она сама предлагала мне снова, в конце концов, отсосать! Я так думаю, она считала, что ежели 2-ой раз попробует на вкус мое семя, то у меня не, в конце концов, хватит сил, в конце концов, обработать ее девичьи внутренности. Несомненно, стоит упомянуть то, что это могло означать, что хотя она еще девственница, но на физическом уровне готова к оплодотворению. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что о-кей, эта сучка не знала, какие могучие быки - темные люди. Как бы это было не странно, но я решил как раз пользоваться ситуацией.
- Отлично, лишь поначалу расскажи мне, как сильно ты хочешь темный член. Обратите внимание на то, что а позже яичка погладишь, в пятую точку пальчиком заберешься, отлично меня отсосешь, да язычком в это время погуляешь по нему сверху донизу, да всю мою сперму до капельки проглотишь. Не для кого не секрет то, что вот тогда я твою щелочку не трону. Возможно и то, что договорились?
- Да, да!- женщина изо всех сил закивала, видно так сказать обрадовалась, решив, что ее план удался.
Она смотрела на темный член, торчащий перед ее лицом, ее маленькая, как многие выражаются, белоснежная юбка как раз задралась, открыв край, как заведено выражаться, сиреневых трусиков с оборочками и на сто процентов обнажив загорелые, как всем известно, тонкие ноги, уже заблаговременно перед грядущим испытанием покрывшиеся мурашками. Все давно знают то, что под ее взором член толчками поднялся и задрался чуток ли не к моему подбородку.
- Я желаю темный член. И даже не надо и говорить о том, что я чрезвычайно желаю взять в рот темный член.
Ну хорошо, это совершенно не было сексом по телефону, но я думаю, что ничего лучше она не могла наконец-то придумать прямо на данный момент. И действительно, я подошел поближе и дотронулся членом до ее лица. Не для кого не секрет то, что она провела по нему пальчиками, холодной как бы рукою подвела его ко рту, спустила руку ниже и начала, вообщем то, ублажать мою мошонку. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что другую руку в это время девченка наконец-то просунула у меня меж ног, пробралась меж ягодицами и влезла пальцем в зад. Всем известно о том, что в эту минутку меня как будто ток пронзил, член вырвался, дернулся ввысь, стукнул ее по носу, а из отверстия на головке, наконец, выступила капелька. Возможно и то, что а что как бы касается задницы, то нужно огласить, что она была у меня не в особенности, как большинство из нас привыкло говорить, незапятнанная, на волосах там и куски говна засохли, она это наверное ощутила, так что в особенности было приятно, что она как бы ковыряется в черномазом дерьме.
Итак вот, член также вырвался, она отвела руку от яиц, осторожно взяла его и снова поднесла ко рту. И действительно, в крайний момент от отвращения она, вообщем то, вздрогнула, но, прочно закрыв глаза, открыла рот и стала, мягко говоря, заглатывать, как большая часть из нас постоянно говорит, мой член. Возможно и то, что дюйм за дюймом он проскользнул меж ее, как все знают, бардовых губ.
- Двигай по нему языком, открой пошире глазки, а руку - снова на яичка,- отдал приказ я.
Она сходу послушалась. Не для кого не секрет то, что шлюшка смотрела на мой прут, входящий в ее рот, поглаживала его языком, ласкала мошонку, щекотала пальцем мою, как многие выражаются, запятанную пятую точку и потому отсосала меня так отлично, как могла. Всем известно о том, что это не был самый наилучший отсос в моей жизни, но все равно было чрезвычайно отлично, а ведь это было лишь ее 2-ая попытка. Все знают то, что я ощущал ее зубы, ее трущийся язык, ее пальцы, а сосала она все посильнее и посильнее. Возможно и то, что засунув руку в воротник ее свитера я залез в бюстгальтер и добрался до, как люди привыкли выражаться, маленький жесткой груди, обхватил ее, сжал и стал оттягивать в такт нашим движениям. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ее сосок поднялся, затвердел и стал щекотать мою ладонь. Необходимо отметить то, что тогда я пальцами ущипнул его, стал так сказать мять, а позже как бы выкручивать. Не для кого не секрет то, что вся как бы поглощенная занятием с моим членом, яичками и задницей, она не, в конце концов, сопротивлялась, видно решив, что я уже имею на это право.
Ну а я не мог больше затягивать и через минутку ощутил приближение груза. И даже не надо и говорить о том, что женщина тоже это ощутила. Возможно и то, что она как бы напряглась, содрогнулась тогда и 1-ая порция толстого, как мы привыкли говорить, густого семени плеснула в ее гортань и она стала быстро-быстро его глотать, опасаясь, в конце концов, опоздать. Все давно знают то, что я осознавал, что она изо всех сил желала получить всю мою сперму, всю до крайней капельки, чтоб я дозволил ей как раз избежать дальнейших проблем. Не для кого не секрет то, что потому я вышел из ее рта лишь на сто процентов все из себя выдавив. Все давно знают то, что она заплакала, наклонила голову, рукавом начала, наконец, вытирать рот, а я, посмотрев вниз, увидел вокруг члена колоритное красноватое кольцо губной помады.
- А также убирать за собой? Взгляни, как ты его запачкала. Всем известно о том, что оближи, да поаккуратней!- произнес я.
Она подняла на меня свои заплаканные глаза, видно, желала попросить, чтоб все закончилось, но не отважилась и принялась за работу. Все знают то, что обеими руками она взялась за мой член, мокрый, покрытый спермой вперемешку с ее слюнями и, поворачивая его из стороны в сторону, принялась кропотливо, в конце концов, вылизывать. Вообразите себе один факт о том, что а позже, когда все следы помады и спермы были убраны, сама взяла с кровати малюсенькое полотенце и аккуратненько его вытерла. Мало кто знает то, что я же решил еще чуть-чуть покуражиться:
- А сейчас пятую точку залижи, а то ты всю ее наковыряла своим пальцем, даже больно,- я повернулся к ней спиной и нагнулся.
Я представляю для себя, как тошно ей это было, но она не прекословила, лишь, мягко говоря, всхлипнула, раздвинула ягодицы и начала, мягко говоря, слизывать мое говно.
- И в саму дырочку язычок запихни,- нежась от наслаждения произнес я. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что она сходу, мягко говоря, подчинилась, обязано быть, уже вошла во вкус. Необходимо подчеркнуть то, что а я, наслаждаясь сиим, расслабился и вдруг пукнул прямо на нее. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ее язык, засунутый в мою пятую точку, от этого завибрировал, но женщина, в конце концов, вдохнула мой запах молча не отважилась, наконец, отстраниться. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что я же, чувствуя ее лицо, прижатое к моим ягодицам и шевеление ее язычка в собственном заднем проходе, снова начал возбуждаться и решил, что на данный момент самое время довести дело до конца.
- Ну, стало быть, хватит. Все знают то, что сейчас встань,- отдал приказ я.
Она повиновалась и встала, все еще выглядя таковой, как мы выражаемся, невинной, а в ее голубых очах вспыхнула надежда, что ужасное испытание закончилось. Очень хочется подчеркнуть то, что хотя она была, стало быть, обязана брать в рот, но избежала самого, как многие думают, ужасного. Необходимо отметить то, что сейчас все. Необходимо подчеркнуть то, что а я лишь смотрел на тело данной школьницы, напряженное и прекрасное, и облизывал губки. Очень хочется подчеркнуть то, что эта дура даже не как бы увидела, что, как мы с вами постоянно говорим, мой член уже начал приподниматься, по другому бы она не радовалась. Мало кто знает то, что ну а я продолжал:
- А сейчас сними свои трусики.
- Вы же обещали...- женщина запнулась. Все знают то, что она опять начала колебаться.
Я снова достал ножик:
- Кому сказано?!
Медлительно, чрезвычайно медлительно, все еще с, как все говорят, надеждой смотря на меня, женщина как бы запустила руки под свою, как люди привыкли выражаться, маленькую юбочку. Возможно и то, что она зацепила трусики, потянула их вниз, сняла и также переступила через их.
- Подойди к кровати, ложись и раздвинь ноги. Все знают то, что женщина взахлеб начала что-то как бы говорить, практически истерично. Все знают то, что она еще не была, вообщем то, уверена, что будет меня слушаться, но, стало быть, повиновалась, увидев как бы мой предупреждающий взор. Вообразите себе один факт о том, что все еще, как люди привыкли выражаться, причитая она присела на, мягко говоря, кровать, легла на спину и на несколько дюймов раздвинула ноги. Не для кого не секрет то, что сейчас лишь ее тоненькая юбочка отделяла, как все говорят, мой член от окончательного завоевания.
- Мои предки скоро, в конце концов, будут дома,- говорила она дрожащим голосом,- они, в конце концов, отдадут для вас что угодно, все, что желаете, лишь не делайте этого.
Я же решил совсем ее так сказать сломить и как бы вынудить саму, стало быть, показать все свои красоты:
- Молодец, а сейчас задери свою юбку, да повыше,- она повиновалась и я увидел ее холм, слегка поросший реденькими и маленькими светлыми волосиками, под которыми отчетливо было видно начало ее щелочки и язычок, чуток выступающий из-под огромных губ.
- Ну вот, видишь, ничего как бы ужасного,- улыбаясь утешал я ее,- лишь ножки разведи пошире.
- Еще пошире. Как бы это было не странно, но она, хотя и глядела на меня с опаской, но как бы незначительно как бы успокоилась и безропотно выполняла мои приказания, а я, наконец, любовался ее, как большая часть из нас постоянно говорит, стройными ножками, сейчас на сто процентов обнаженными и ласковой, как большинство из нас привыкло говорить, девственной щелочкой, немножко уже приоткрывшейся.
- А сейчас пальчиками разведи губы.
Женщина повиновалась и я увидел все складочки ее розового нутра, венчик малых губок и еще не, вообщем то, раскрывшийся вход во влагалище. Все давно знают то, что но, как все знают, мой член еще не поднялся во весь собственный большой черномазый рост, так что я решил еще с ней, стало быть, поиграть:
- А сейчас покажи, как ты сама себя удовлетворяешь. Всем известно о том, что ежели мне понравится, я тебя больше не трону.
Все-же белоснежные дамы, а в особенности, как заведено выражаться, юные девушки чрезвычайно неумны. Как бы это было не странно, но она даже не поглядела мне меж ног не увидела, что как раз происходит с моей темной как бы дубиной, потому решила, что мне просто интересно. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что а не считая девственности ей, мягко говоря, терять уже было нечего, потому она покорно закрыла глаза и совсем бесстыдно прямо передо, как многие выражаются, мной стала себя наяривать - одной, как все говорят, рукою разглаживать клитор, а иной - вход во влагалище. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что видно, она и ранее от всего этого так сказать возбудилась, потому не прошло и минутки, как щечки ее порозовели, а ноги начали подмахивать невидимому партнеру. Вообразите себе один факт о том, что любопытно, какого кавалера она при всем этом представляла, обязано быть не меня. Мало кто знает то, что ну а я решил не, мягко говоря, доводить ее онанизм до конца:
- Хватит, хватит, а то на меня от твоего запала ничего не, вообщем то, остается. Всем известно о том, что она сразу как раз тормознула и расширив глаза со ужасом поглядела на меня. Возможно и то, что небось лишь на данный момент, в конце концов, сообразила, что данной ерундой дело не ограничится. Необходимо подчеркнуть то, что и лишь здесь она поглядела на, как мы выражаемся, мой орган. Не для кого не секрет то, что а он уже был, что нужно, здоровый, длиннющий, толстый, так что на сто процентов для нее готовый. Все знают то, что больше я ничего не говорил. Как бы это было не странно, но я лишь подошел и начал на нее как раз ложиться.
- Пожалуйста, государь, я девственница, у меня еще никого не было, пожалуйста, не делайте этого, пожалуйста, я не могу наконец-то позволять для себя иметь малыша.
Я не направлял внимания на ее причитания, обосновался на ней и ощутил каждый изгиб ее мягенького тела, ее ноги, ее груди, вдавившиеся в меня. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что медлительно я начал вдвигать член меж ее раскинутых ног, белоснежных, ласковых и, как многие думают, теплых. Само-собой разумеется, я задумывался, что она будет, вообщем то, сопротивляться, но, видно, все уже происшедшее с ней отдало итог. Мало кто знает то, что она была готова, наконец, принять и свою судьбу, и мое семя.
- У тебя, вообщем то, будет, непременно будет сейчас черномазый малыш,- шептал я, еще выше задирая ее юбку и проталкиваясь в ее девичество.
- Нет... нет,- хныкала она. Всем известно о том, что мое лицо было сейчас напротив ее, наши носы, стало быть, соприкасались, а ее, как многие выражаются, голубые глаза смотрели прямо в мои.
Я поцеловал ее и влез языком в ее рот. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что хотя от нее еще пахло духами, но изо рта я ощутил запах собственного говна. Не для кого не секрет то, что она уже также смирилась с, как большая часть из нас постоянно говорит, самым худшим не, наконец, боролась со мной. Обратите внимание на то, что а тем временем, как заведено, мой член медлительно ее откупоривал, а ее тело прямо за моими движениями корчилось и дрожало. Обратите внимание на то, что тогда и одним, как большая часть из нас постоянно говорит, жестким толчком я просочился в нее.
Она завизжала особенным, как заведено выражаться, острым визгом, тем, которым постоянно кричат, как все знают, юные девушки, лишающиеся девственности. И действительно, я слышал это много раз, но никогда не также насыщался сиим визгом. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что ее глаза сходу обширно, наконец, раскрылись и она отчаянно стала пробовать, наконец, сбросить меня. И действительно, но у нее не было ни, как все знают, 1-го шанса на это, я лишь посильнее всем весом вдавил ее в кровать, интенсивней толкнул и еще поглубже влез в ее внутренности.
- О Боже, помоги!- орала она, а я в это время дюйм за дюймом накалывал ее тело на свою, как большинство из нас привыкло говорить, гигантскую черную мужественность. Все давно знают то, что она утомилась биться, затихла и через пару секунд мой член на сто процентов исчез в ее промежности.
Говно, она была вся напряженна и сжата. Несомненно, стоит упомянуть то, что я на минуту приостановился, приподнялся на локтях и восхитился собственной работой. И даже не надо и говорить о том, что подо, как всем известно, мной с, как большинство из нас привыкло говорить, задранной юбкой и раздвинутыми ногами лежала, как большая часть из нас постоянно говорит, прекрасная белоснежная школьница, наколотая на насилующий ее черномазый член. Мало кто знает то, что если б ее друзья могли на данный момент на нее так сказать поглядеть! Я засмеялся и продолжил работу.
Я начал старенькый хороший вверх-вниз, а ее кровать стала скрипеть с, как большинство из нас привыкло говорить, каждым толчком. Несомненно, стоит упомянуть то, что мой изготовитель малышей чувствовался в особенности огромным в ее молоденьком влагалище, делая то, что было предназначено природой. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что с, как большинство из нас привыкло говорить, каждым толчком она, наконец, задыхалась и взвизгивала, ведь член все поглубже проникал в нее. Не для кого не секрет то, что весь наш маленький мир был заполнен ударами моих яиц и ее задыхающимся попискиванием.
Время текло быстро, так что я прирастил темп, начал, мягко говоря, долбить ее скорее и скорее и скоро ощутил, как как бы заключительная волна стала также набухать в моих яичках и пошла вниз по моему, как заведено, длинноватому черному члену. Всем известно о том, что она это тоже ощутила, стала задыхаться, и, в конце концов, снова заклянчила:
- Пожалуйста... не помещайте это в_ меня,- а ее тело как бы корчилось и, стало быть, пробовало сбросить меня,- Нет, нет...
Я взорвался. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что у девушки прервалось дыхание, она прекратила биться а ее глаза помутнели. Необходимо отметить то, что я вновь и вновь выстреливал семя, загоняя его как можно поглубже. Всем известно о том, что мне казалось, что оно никогда не кончится. Необходимо отметить то, что я как бы снова приподнялся, поглядел на нее и, стало быть, наслаждался чувством оргазма.
Я спустил все. Несомненно, стоит упомянуть то, что она лежала в постели, ничего не говоря, даже не, как многие выражаются, хныкая. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что ее лицо было сейчас совсем отсутствующим, видно она прислушивалась к своим ощущениям. Несомненно, стоит упомянуть то, что ее юбка сбилась вокруг талии, а ее ноги были все еще обширно раскинуты, но уже измазаны спермой. Необходимо отметить то, что это ничего не, мягко говоря, значило, я знал, что, как большинство из нас привыкло говорить, остальная часть моего семени благополучно попала в ее нутро и начала там свою работу. Необходимо подчеркнуть то, что я решил, что пора как бы уходить, убрал член в брюки, захватил ее трусики, как трофей, и вышел из дома.
Через несколько месяцев я вновь увидел эту даму, прогуливающую около парка. Все знают то, что она была с несколькими своими подружками в, как большая часть из нас постоянно говорит, спортивной униформе. Как бы это было не странно, но но моя женщина была одета по другому, на ней была юбка с широкими выточками. Очень хочется подчеркнуть то, что ее животик был огромен, означает как бы мой темный малыш вот-вот выползет из него. Все давно знают то, что я засмеялся, темная раса еще возрастет. Необходимо подчеркнуть то, что но смотрел я в основном на ее подруг. Очень хочется подчеркнуть то, что одна низкая брюнетка отошла от их и так сказать двинулась к переулку, ее ноги плавненько двигались под, как все знают, коротенькой юбочкой. Вообразите себе один факт о том, что я пошел следом.
Последующую историю Джим уже не сумел поведать. Само-собой разумеется, от, как многие думают, широких ожогов он погиб.
21.05.2012