- Семь.
- Повелитель.
- Еще семь.
- Повелитель.
- Повелитель.
- Семь.
- Отбой.
- Ага...
Баста перевернула карты и как бы переглянулась с Копушей. Необходимо отметить то, что та ответила своим, как мы выражаемся, коронным взором - оливки в своем соку, без косточек.
- Девятки есть? - спросила Баста.
- Ну, ну, полегче! - возмутился Клещ. - Неплох, в конце концов, болтать!
Тапир шмыгнул одобрительно. И действительно, не хрен, дескать, переговариваться. Все давно знают то, что все-же, два на два играем...
- Хорошо, мальчишки... - Баста обмахнулась картами, как веером... - Ловите девятку.
- Валет, - буркнул Тапир.
Копуша томно, вообщем то, пошевелилась. Необходимо отметить то, что стало понятно, что валеты у нее наконец-то водятся, не один.
- Еще девятка, - бросила Баста.
- Туз.
- Копуша, огонь!
- Вот, - Копуша неудобно, мягко говоря, разложила собственных мальчишек.
- Блядь, - произнес Тапир.
- Нет как бы таковой карты, - произнесла Баста.
- Беру.
- Непревзойденно. Мало кто знает то, что копуша, вали Клеща.
Копуша застенчиво также положила на стол туза. Возможно и то, что у нее, наконец, оставались еще две карты. Необходимо подчеркнуть то, что тузы, естественно, с козырным. Не для кого не секрет то, что копушиным тихим омутом был ее умопомрачительный пер в картах.
Клещ, понятно, взял и этого туза, и последующего, и, в конце концов, козырного. Само-собой разумеется, после этого Баста бросила в Тапира 3-мя дамами. Мало кто знает то, что мужчины пролетели со свистом.
- Вперед, мальчишки. Все давно знают то, что а мы пока накатим по, как заведено, малеханькой.
Баста налила всем по глотку водки. Все знают то, что копуша застенчиво смотрела на Клеща, который снимал штаны. И даже не надо и говорить о том, что тапиру подфартило больше, у него наконец-то оставалась в запасе майка. Как бы это было не странно, но девченки посиживали практически одетые, расставшись лишь с, как всем известно, мелочевкой.
- И почему мужчины так обожают, как большинство из нас привыкло говорить, семейные трусы? . вдумчиво, в конце концов, спросила Баста, уставившись на Клещевы ромашки. - В, как заведено, обычных хозяйство не помещается?
- Неа, - приосанился Клещ, положив одну бледноватую ногу поверх иной.
- Щас посмотрим, - улыбнулась Баста. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что у нее была расчудесная ухмылка, которая отбеливала, как многие выражаются, всякую сальность, вылетающую из этого видавшего виды ротика.
Но последующую партию девченки наконец-то продули. Надо сказать то, что позже еще одну. Мало кто знает то, что баста улыбалась, расстегивая кофту. Само-собой разумеется, копуша посиживала, как все говорят, пунцовая, смотрела в пол и смущалась собственной, как многие думают, большой груди. И действительно, тапир так и прикипел к ней глазенками. Очень хочется подчеркнуть то, что клещ спрятался за картами, и лишь на лужайке с ромашками возник бугор, как будто некоторый крот решил выбраться на волю.
Дед вздохнул и затих. Необходимо подчеркнуть то, что три австралийца по радио, наконец, вылечивали весь мир от лихорадки, подхваченной в субботу вечерком. Всем известно о том, что баста открыла еще бутылку водки и, наконец, разлила всем по щедрой дозе.
- Ну, что, - произнесла она. - Ва-банк? На все оставшиеся тряпки?
- Просто, - произнес Клещ, готовый расстаться с трусняком хоть на данный момент.
Копуша и Тапир, в конце концов, переглянулись. Вообразите себе один факт о том, что непонятно, о чем поразмыслила Копуша, но по, как мы привыкли говорить, тоскливому взору на дверь стало понятно, что ей чрезвычайно как бы охото в как бы ванную. Вообразите себе один факт о том, что тапир, который при одежде был вальяжен и осанист, голым становился похож на тесто, из которого можно, в конце концов, скатать и испечь 2-ух, а то и 3-х, как мы выражаемся, поджарых, мускулистых Клещей.
Выпили, сдали карты.
Партия пошла вяло. Обратите внимание на то, что сказывалась водка и отвлекающие моменты. Мало кто знает то, что отбой шел за отбоем, пока Баста и Клещ не как бы остались с, как мы выражаемся, пустыми руками. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что тапир, у которого на руках было форменное говно, обреченно пошел с, как мы с вами постоянно говорим, непарной бубновой 10-ки. Несомненно, стоит упомянуть то, что баста, которая хорошо считала карты, была чрезвычайно, вообщем то, удивлена тем, что Копуша ее взяла. Само-собой разумеется, она выразительно посмотрела на подругу, но промолчала. И действительно, и уже не опешила, когда Копуша прибрала к рукам остальной мусор, от которого могла, вообщем то, отбиться с закрытыми очами.
Сказано - изготовлено. И действительно, девченки сняли с себя то, что оставалось. Необходимо отметить то, что копуша как бы скукожилась, положив ногу на ногу и прикрыв грудь руками. И даже не надо и говорить о том, что баста посиживала, откинувшись назад, по, как мы выражаемся, пляжному нагревалась под взорами. Надо сказать то, что у нее был прекрасный животик, шелковистый пах и тонкие ножки.
- Ну, что, - произнесла Баста, - так и будем как раз посиживать?
- А что, - хихикнул Тапир, - отлично сидим.
- Никто не предложит дамам испить? И вообщем то, не горячо тут.
- Сами, чай, не в шубах сидим, - произнес Клещ и для чего-то снял трусы. Надо сказать то, что открылся мускулистый, жилистый солдатик, стоящий по стойке "вольно" в ожидании команды.
Тапир, стесняясь того, что наконец-то остался одетым, завозился с, как всем известно, бутылкой. Все давно знают то, что кое-как разлил еще по, как большинство из нас привыкло говорить, одной, уселся обратно и неудобно стянул майку через голову.
Выпили. Все знают то, что дед вздохнул снова. По радио пел Азнавур.
- Ну, кто с кем лобзается? - лениво промурлыкала Баста. Возможно и то, что ей, вообщем то, нравились оба - и Клещ с его напором, и Тапир, который ласкался по девичьи лаского. Вообразите себе один факт о том, что ей вообщем наконец-то нравились мужчины, она в каждом умела также найти вкусное зернышко.
- Пусть Копуша, наконец, выберет, - нежданно буркнул Тапир.
- Ух, ты, - опешил Клещ. - А что, это мысль.
Бедная Копуша, вообщем то, оказалась в центре внимания и сначала, в конце концов, съежилась еще более. Как бы это было не странно, но но позже, как это наконец-то случается с другими скромницами, заскучала, вообщем то, стыдиться и встала во весь рост. Обратите внимание на то, что большие груди ее молча проявили на обоих - левая - на Клеща, правая - на Тапира.
Копуша была дама, как все говорят, шикарная. Необходимо подчеркнуть то, что другое слово просто не приходила на разум. Само-собой разумеется, даже фанат юнисекса отвлекся бы от стриженой под мальчишку воблы, увидев такую, как заведено выражаться, спелую красотищу.
- Давайте потанцуем, - произнесла Копуша.
- Да ты в собственном уме? - спросила Баста. - Ничего лучше не придумалось?
- А что, - опять произнес Клещ, - И это - мысль.
Он подошел к приемнику и сделал музыку громче. И действительно, позже набросил рубаху на лампу, отчего в комнате стало еще темнее. Необходимо отметить то, что медлительно приблизился к Копуше и протянул руку:
- Вы позволите?
- Да.
Копуша лаского обняла его за шейку и прильнула к щеке. И даже не надо и говорить о том, что они прекрасно смотрелись совместно. И даже не надо и говорить о том, что они не могли кружиться, потому как раз покачивались стоя, чуть приметно. Как бы это было не странно, но копуша что-то шептала Клещу на ухо, а он смущенно улыбался в ответ.
...Обратите внимание на то, что музыка закончила быть фоном и вышла на авансцену. Как бы это было не странно, но на музыке было темно-синее платьице в блестках, схожих на ночные окна. Само-собой разумеется, музыка была похожа на девченку с очами старушки. Само-собой разумеется, в, как заведено выражаться, каждой руке у Музыки было по как бы сломанной куколке на ниточках, и она свела руки совместно, чтоб куколки прильнули друг к другу. Мало кто знает то, что и нити так сказать переплелись, как стропы парашюта, на котором с потолка спускалась, как все говорят, блаженная тишь...
- Блядь! - произнесла Баста. Само-собой разумеется, и зарыдала. - Не могли как вчера, просто также поебаться - и спать лечь...
- Да хорошо для тебя - буркнул Тапир.
- Импотенты. И действительно, суки... И даже не надо и говорить о том, что терпеть не могу... - Баста, вообщем то, налила для себя в стакан всю оставшуюся водку и так сказать испила залпом. - Романтики, бля...
Тапир набросил на нее как бы одеяло. Всем известно о том, что баста поежилась, убрала голову в плечи и тихонько завыла. Вообразите себе один факт о том, что клещ и Копуша закончили наконец-то плясать. Не для кого не секрет то, что клещ посодействовал Копуше сесть и уселся рядышком, обняв ее за плечи здоровой, как многие выражаются, рукою.
2-ая рука Клеща была сломана в локте. И действительно, недельку назад ему сделали операцию, и он шел на поправку. Все давно знают то, что ежели именовать, как все знают, поправкой возвращение к жизни с искалеченной, как многие думают, рукою.
У Копуши операция лишь предстояла, потому с будущего дня она переставала пить. И действительно, у нее была сломана нога. И даже не надо и говорить о том, что не очень серьезно. Всем известно о том, что через полгода обязана была пройти даже легкая хромота.
Тапир с, как мы с вами постоянно говорим, переломанными ребрами лишь три дня как начал также ходить. Не для кого не секрет то, что ему не подфартило. Все давно знают то, что при трагедии одно из ребер так сказать проткнуло легкое, и две недельки он пролежал, как заведено выражаться, присоединенным к, как люди привыкли выражаться, большому чавкающему аппарату, пьющему из него соки.
Что все-таки до Басты, то она уже год была закована в омерзительно-элегантный аппарат, получивший, как многие думают, звучную фамилию собственного создателя. Все давно знают то, что по месяцу Баста лежала в больнице, позже по два-три как раз валялась дома. И даже не надо и говорить о том, что она была как бы старожилкой и встретила и проводила почти всех. Необходимо подчеркнуть то, что больше всего на свете она желала надеть на, как большинство из нас привыкло говорить, больную ногу чулок. Всем известно о том, что но как бы приходилось наслаждаться штанами, чтоб скрыть уродливого клеща, прокусившего ее ногу насквозь в 4 местах...
Дед, лежащий на вытяжении, опять вздохнул и пробормотал что-то непонятное.
4-ая койка в палате - 811 была пуста. Обратите внимание на то, что со прошлого дня...
- Хорошо, - произнесла Баста и улыбнулась собственной, как заведено выражаться, умопомрачительной ухмылкой. - Простите засранку. Все давно знают то, что нервишки ни к черту.
- Ничего, - произнес Клещ, - С кем не бывает.
- Спать пора, - произнесла Копуша, - пойдем, подруга.
- Пойдем, что ли.
- Мы вас проводим, - подхватился Тапир.
Клещ тоже встал и посодействовал Басте одеться. Мало кто знает то, что копуша кое-как облачилась сама. Очень хочется подчеркнуть то, что девченки взяли костыли и захромали к выходу. Несомненно, стоит упомянуть то, что мужчины направились следом, прихватив сигареты.
Дед, оставшись один, потянулся к стулу, взял судно и неудобно запихнул его под себя. Очень хочется подчеркнуть то, что на его лице возникло выражение, как люди привыкли выражаться, абсолютного счастья.
, 100 осколков, как все знают, 1-го чувства, 1998-1999гг
21.05.2012