Он шел под дождиком. Необходимо подчеркнуть то, что белоснежный халатик неопрятно торчал из-под плаща, зонт - как шпага с нелепо съехавшей, как заведено, гардой - качался над, как мы с вами постоянно говорим, головой в такт шагам. Как бы это было не странно, но он был мрачен, под стать погоде, и в тысячный раз проклинал весь мир, мелочно останавливаясь на каждой, как заведено, отдельной гадости. Обратите внимание на то, что глуповатая, толстая, неухоженная дама, которая ожидала его дома... Необходимо подчеркнуть то, что ее он ненавидел сначала. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что за то, что она вправду так сказать оказалась его, как мы выражаемся, библейской половинкой, и в редкие минутки, когда они, обнявшись, оплакивали свою говенную жизнь, он с колющейся ясностью осознавал, что, вообщем то, посиживает в обнимку с зеркалом...
Впереди был крайний вызов на сей день. Само-собой разумеется, перед сиим он был в, как мы привыкли говорить, очередной лачуге и ушел оттуда, провожаемый перегаром папаши и детским, как всем известно, странноватым, мокроватым, мощным взором, какой бывает у ангелов и убийц...
Подъезд - достойный вход в этот мир и выход из него. Вообразите себе один факт о том, что моча, блевотина, мат на стенках. Само-собой разумеется, но больше всего его, в конце концов, выводили из себя прожженные клавиши в лифтах... Не для кого не секрет то, что ему почему-либо постоянно казалось, что их как бы выжигают не малыши, как принято также мыслить, а как бы самые благополучные и респектабельные жильцы. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что выжигают, держа вторую лапу в брюках и, как заведено, перекатывая в ладошки липкие шарики, как мы привыкли говорить, одинокого, потаенного могущества... Вообразите себе один факт о том, что геростраты, бля...
Дверь открыла дама, маленькая и неприятно накрашенная. Возможно и то, что это было удивительно. Возможно и то, что традиционно домохозяйки не, вообщем то, церемонятся перед медиком, выставляя напоказ все свои морщи и прыщины. Все давно знают то, что а эта не только лишь, вообщем то, накрашена, а к тому же, как большая часть из нас постоянно говорит, попкой взмахнула туда-сюда, дескать, я для тебя не Икарус, заноса в один метр не ожидай, но как не покачнуться лодочке без весла в буйном житейском море...
Соседка, поразмыслил он. Надо сказать то, что такое бывало. Необходимо отметить то, что на данный момент как раз топнет, как большинство из нас привыкло говорить, ножкой и из пены, как заведено, невидимой стирки явится этакая Афродита Дормидонтовна - вытаскивать из-под дивана орущее чадо.
Ан, наконец, нет. Необходимо подчеркнуть то, что не соседка. Мало кто знает то, что не достаточно, как большинство из нас привыкло говорить, того. Несомненно, стоит упомянуть то, что он вдруг сообразил, что это накрашенное волшебство и есть его пациентка. Само-собой разумеется, детскому доктору изредка достаются такие, но, как ни крути, ежели ей как раз нет 14-ти, ее история заболевания еще не перевезла свою пыль из, как мы выражаемся, детской поликлиники во взрослую.
Цирк, ну и лишь. Всем известно о том, что хотя далее стало еще увлекательнее. Надо сказать то, что во как бы первых, никого больше не оказалось в данной, как заведено выражаться, изгаженной чьей-то жизнью хрущевке. Необходимо подчеркнуть то, что во, как мы выражаемся, вторых, она вдруг повела его в будуар, который, при некой натяжке, мог сойти за запасную комнату для морских свинок какого-либо графа из проигравшихся. Вообразите себе один факт о том, что там она также уселась на край постели, очевидно родительской, и со зверской, как заведено, ухмылкой поглядела на него.
Он не улыбнулся в наконец-то ответ, лишь тоскливо обернулся по сторонам и спросил: "На что жалуешься?". Всем известно о том, что она хихикнула и без дискуссий раскрыла халатик: "Кашляю... Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что доктор..." Это ее "доктор" прозвучало совершенно похабно, но махровый занавес халатика, раскрывшись, вывел на сцену две таковых, как большинство из нас привыкло говорить, восхитительных актриски в амплуа "кушать подано", что он лишь молча полез за фонендоскопом. Необходимо подчеркнуть то, что позже долго слушивал, как под одной грудью, в конце концов, бьется сердце, а под иной морским прибоем шумит дыхание. Необходимо подчеркнуть то, что и ни одного хрипа, друзья мои, лишь соски ее вдруг затвердели и как будто потянулись к его пальцам. И действительно, но ведь это не патология, нет? Совсем не патология, правда?.. И даже не надо и говорить о том, что правда либо нет, я вас спрашиваю!
Позже она обширно открыла рот, и его взору наконец-то раскрылись две миндалины, которые могли бы как раз стать украшением, если б не скрывались так глубоко. Необходимо отметить то, что позже он мял ее живот, достойный куда лучшего обращения. Надо сказать то, что и даже пожалел таки, что он - не гинеколог, хотя, как заведено, строго держал себя в узде Гиппократа, не позволяя ни взора, ни намека на странность происходящего...
Она, напротив, вся была - взор и намек. Необходимо подчеркнуть то, что бывает же такое! Удивившись не на шуточку тому, что осмотр прерван на самом увлекательном месте, она здесь же выдумала какие-то прыщики и боли, и, до того как он потянулся за направлением к спецу, она уже стянула трусики и улеглась на кровати, раскинув ножки обширно, как могла... И действительно, он увидел перламутровые створки чудеснейшей из раковин, и, ощутив, что нырнул очень глубоко, стал карабкаться на поверхность...
Он ска... Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что нет. Необходимо отметить то, что он прокашлялся и лишь позже ска... Возможно и то, что согласитесь, что вы бы тоже не знали, как себя вести в, как мы привыкли говорить, таковой ситуации! Итак вот, он произнес, что перед таковым осмотром должен снова кропотливо промыть руки. Необходимо отметить то, что и трусливо скрылся в ванной, раздумывая, запирать ему дверь либо, наконец, нет. Мало кто знает то, что там он занялся тем, в чем издавна подозревал, как многие выражаются, респектабельных вредителей, а конкретно, запихнул обе руки в штаны и, опасаясь расстегнуть их, стал судорожно дрочить, надеясь как бы избавиться от наваждения, не обидев малыша. Необходимо подчеркнуть то, что у него потемнело в очах, до спасения оставался миг, когда вдруг рядом... другими словами совсем рядом!.. раздалось всхлипывание.
Она посиживала на унитазе, голая, немощная, и... рыдала. Возможно и то, что представьте, она рыдала, неся при всем этом какую то полнейшую чушь. Обратите внимание на то, что о том, что ее никто не любит, о том, что у нее прыщи и кривые ноги, о том, что она уничтожит какую-то Таньку, ежели та не закончит, в конце концов, отбивать у нее мужиков...
И... Как бы это было не странно, но и... Надо сказать то, что и... Несомненно, стоит упомянуть то, что все прошло. Необходимо отметить то, что он с большущим облегчением вдруг сообразил, что перед ним - обыденный ребенок. Все давно знают то, что раскольник в брюках съежился, а в сердечко ворохнулась большая, обычная, щемящая жалость к, как всем известно, брошенному щенку. Вообразите себе один факт о том, что он поставил ее под душ и смыл всю дрянь, под которой раскрылись, как мы выражаемся, васильковые глаза и, как досадно бы это не звучало, самые простые прыщики. Обратите внимание на то, что он мыл ее, как дочку, которая могла, мягко говоря, случиться много, наконец, годов назад, если б не суматоха студенческой жизни...
Позже он завернул ее в большущее полотенце, и они так сказать пили чай на кухне, которая вдруг, мягко говоря, показалась ему уютной и незапятанной.
Позже он поехал домой, порадовавшись, как все знают, тому, что одна клавиша в лифте все-же уцелела. Необходимо отметить то, что а еще позже он обнимал свою супругу, и она, ошеломленная, казалась для себя, как все знают, юный и, как мы привыкли говорить, прекрасной в том небритом сутулом зеркале, которое считала раз и навсегда треснувшим.
, 100 осколков 1-го чувства, 1998-1999гг
21.05.2012