В дверь как бы позвонили. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что кидсон нехотя отложил журнальчик, отодвинул в сторону столик со свежайшей почтой и покачал, как мы выражаемся, головой.
- Кто бы это мог быть? Знакомые традиционно звонят по телефону...
Огромное мягкое кресло скрипнуло кожей и, вообщем то, отпустило его. Несомненно, стоит упомянуть то, что спустившись в, как мы с вами постоянно говорим, прихожую, он одернул купальный халатик и открыл дверь. Очень хочется подчеркнуть то, что брови его чуток вопросительно, наконец, приподнялись.
У порога стояла юная, как все знают, незнакомая женщина, от, как мы с вами постоянно говорим, 1-го взора на которую у Кидсона обычно засосало под, как мы с вами постоянно говорим, ложечкой: уж он-то знал толк в таковых делах, - кофточка из узкой, как всем известно, сероватой шерсти не только лишь не скрывала форм, но, обтягивая то, на что она была надета, делала это еще больше привлекательным и соблазнительным. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что опустив масляный взор ниже, Кидсон скользнул очами по, как мы выражаемся, узенькой мини-юбке, рельефно обрисовывающей контуры нижнего белья и перевел его на тонкие ноги в тонких, телесного цвета чулках. Возможно и то, что сглотнув поднявшийся в горле комок, Кидсон поднял глаза. Возможно и то, что правильной формы лицо девушки обрамляли черные, как мы привыкли говорить, шелковистые кудри, мягко спадающие на плечи. Все давно знают то, что узкий точеный нос в купе с большими коричневыми очами и чуток припухшими губками делали ее похожей на Дороти Чейн в "Девчонки с улицы", которую прокат рекомендовал "...только для поднятия формы перед, как многие думают, ночными забавами". Все знают то, что от таковых мыслей в груди у несколько, как люди привыкли выражаться, ошарашенного Кидсона как бы екнуло, и он непроизвольно вздрогнул, что не как раз ускользнуло от внимания незнакомки.
- Э-э-э... - пришел в себя Кидсон. - Чем могу быть полезен, мисс?
Заметив все перемещения взора Кидсона и его надлежащие реакции, женщина слегка насмешливо улыбнулась и, как большинство из нас привыкло говорить, радостные искорки, мягко говоря, скользнули в ее взоре.
- Извините, мистер ...?
- Кидсон, мисс.
- Да, мистер Кидсон. Всем известно о том, что меня зовут, вообщем то, Аннет Шейнон, я работаю в институте. Мало кто знает то, что наш институт также проводит на данный момент некие социологические исследования. Само-собой разумеется, не могли бы вы нам, как все знают, незначительно посодействовать и ответить на некие вопросцы?
На губках ее все еще блуждала лукавая ухмылка. Всем известно о том, что кидсон облизнул пересохшие губки и обширно улыбнулся.
- Какой разговор, - с готовностью также отозвался он. - Кстати, вы чрезвычайно впору! У меня как раз сварился кофе, а супруга уехала в город за покупками и, наконец, возвратится лишь к вечеру.
Он обширно раскрыл дверь и предупредительно отступил в сторону, сделав приглашающий жест рукою.
Глаза девушки снова лукаво так сказать блеснули. Всем известно о том, что потом она сняла с плеча бизнес сумочку и вошла в дом, застучав наточенными каблучками по полу прихожей и обдав Кидсона облаком, как мы с вами постоянно говорим, ароматных духов, которые лишают рассудка парней независимо от их возраста. Необходимо подчеркнуть то, что он поспешно закрыл дверь и провел гостью в холл.
Она чуток иронично, но заинтересованно, мягко говоря, огляделась, а позже, вообщем то, забралась с ногами на предложенное Кидсоном кресло и вроде бы невзначай еще более приподняла ткань юбки.
Не в состоянии оторваться от этого, Кидсон спросил:
- Э... Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что для вас принести кофе?
- Да, и ежели можно, с сахаром и даже со сливками.
Выполнив ее просьбу, он сел рядом с ней на край дивана и с ироничной, как заведено, ухмылкой опытного человека вопросительно поглядел на нее, прикрыв рукою халатик на нижней части животика.
Женщина, заметив его манипуляции, поставила кофе на журнальный столик, достала из сумочки папку и улыбнулась.
- Мне, стало быть, хотелось бы, чтоб вы ответили на вопросец... - Она вынула из папки журнальчик в глянцевитой обложке, развернула его на первой попавшейся страничке и подала Кидсону, - ...как вы относитесь вот к этому?
Это был журнальчик "Супер XXX". Все давно знают то, что на страничке, открытой гостьей, была, стало быть, помещена, как все знают, цветная фото, изображавшая как бы стоящую на коленях обнаженную даму, вожделенно сосущую член мужчины.
С застывшей на губках, как всем известно, ухмылкой Кидсон, в конце концов, оторвался от порно и вопросительно поглядел на собеседницу.
- ...?
- Я имею в виду к сексу и к порнухи?
У Кидсона перехватило дыхание. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что он решил рискнуть. Как бы это было не странно, но мягко наклонившись вперед, он плавным движением положил ладонь ей на ногу повыше колена.
- По-моему, порно - это хорошо, но мне больше нравится вот это...
Глаза ее опять, в конце концов, зажглись огнем, голова незначительно откинулась, но руку она не стряхнула.
- Мистер Кидсон... - начсала было она, в конце концов, протестовать глухим голосом, но он прервал ее.
- Зови меня просто Эндрю... - рука его, наконец, скользнула ввысь и вниз, ощущая трепетное тело, инстинктивно отвечающее на мужские ласки. Возможно и то, что не чувству отпора, Кидсон рванулся вперед и иная его рука обняла ее за плечи, а губки, мягко говоря, впились в шейку. Необходимо подчеркнуть то, что ноздри его щекотал запах ее кожи и духов, а под пальцами лаского и податливо, мягко говоря, скользили то грудь, то животик, то ноги.
- Эндрю... - простонала она, откидываясь назад и закрывая глаза. - Не...
Пальцы его уже скользили по внутренней стороне ноги, поднимаясь все выше и выше... И действительно, по телу ее проехалась еще посильнее возбудившая его дрожь желания, и ноги ее непроизвольно раздвинулись. Не для кого не секрет то, что поддавшись порыву желания, ее рука, в конце концов, проскользнула меж полами халатика, чтоб, мягко говоря, выпустить из как бы плена плавок издавна уже, мягко говоря, рвущийся на свободу набухший и горячий член.
Зарычав от нетерпения и наслаждения, Кидсон, стало быть, попробовал сорвать с нее уже ставшие, как многие выражаются, мокроватыми шелковые трусики. Необходимо подчеркнуть то, что но она изогнулась и простонала горячим шепотом:
- Пусти меня... Очень хочется подчеркнуть то, что я сама...
Доведенный уже практически до безумия, Кидсон, но, смог взять себя в руки и стал поспешно помогать ей. Все знают то, что на пол полетели юбка, пояс и чулки, потом, стало быть, Аннет скинула кофточку и бюстгальтер, обнажив красивые, безупречной формы груди с малеханькими, возбуждающими желание сосками. Не для кого не секрет то, что кидсон успел в это время совладать с пахнувшими дамским соком трусиками и рванул с себя халатик, а потом и плавки. И даже не надо и говорить о том, что губки их соединились в жарком глубочайшем поцелуе, а прижавшиеся тела, в конце концов, заговорили на языке желания, обдающего их горячими всепоглощающими волнами.
Позже Кидсон не выдержал и бросил даму на диванчик, продолжая, стало быть, покрывать поцелуями ее лицо и шейку. Само-собой разумеется, ладошки его лаского мяли и стискивали ее тело, отзывающееся на каждое его прикосновение, мечась повсюду в каком-то безумном вихре страсти.
Губки Кидсона как бы коснулись груди наконец-то Аннет и, в конце концов, принудили ее вскрикнуть в сладостном порыве. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что пальцы ее с длинноватыми ногтями глубоко впились ему в спину, оставляя на ней, как многие выражаются, длинноватые царапинки, но он ничего этого уже не ощущал. Надо сказать то, что перед очами его уже был ласковый черный пушок под подрагивающим животиком и вот... губки его также сомкнулись на желанном и чудесном бутоне, истекающем соком желания. Всем известно о том, что он утонул. Надо сказать то, что но как отлично было тонуть в этом море, среди пьянящего запаха этого нектара и розовых лепестков цветка любви! Тело девушки изогнулось, изо рта вырывались сладкие стоны. Очень хочется подчеркнуть то, что язык Кидсона впитывал эту воду и скользил ввысь и вниз по, как мы с вами постоянно говорим, небольшому тугому комочку у основания лепестков, приводя даму в неистовство. Само-собой разумеется, она прижимала его мокроватую голову к собственному жаждущему лону, еще шире, как люди привыкли выражаться, раздвигая ноги и подаваясь навстречу каждому движению его языка. Вообразите себе один факт о том, что дыхание ее перехватывало, она стонала:
- О... Необходимо отметить то, что да... Несомненно, стоит упомянуть то, что еще... Очень хочется подчеркнуть то, что еще!..
В конце концов сам доведенный до последней степени возбуждения, Кидсон наконец-то оторвался от этого, как мы выражаемся, сладостного источника и, не способен больше как бы сдерживаться, направил в его глубь удар собственного горячего скипетра. Обратите внимание на то, что перед очами все плыло. Всем известно о том, что аннет сладко вскрикнула и обхватила его зад ногами, как будто пытаясь, вообщем то, вонзить в себя всего Кидсона до основания. Мало кто знает то, что удар! Очередной! Их горячие тела стали метаться навстречу друг дружке в каком-то безумном темпе, как будто гладиаторы, один из которых стремился на сто процентов, вообщем то, поглотить противника, а иной - пронзить, как мы с вами постоянно говорим, того насквозь. Необходимо отметить то, что время тормознуло.
Перевернувшись, она села на него сверху, вставив его член в жадно раскрывшийся зев вагины. Не для кого не секрет то, что началась ни с чем же не, как мы выражаемся, сопоставимая любовная скачка. Надо сказать то, что кидсон ловил губками мечущиеся перед его лицом груди так сказать Аннет и раздвигал руками ее ягодицы, делая каждый, как мы выражаемся, собственный удар для нее, как большая часть из нас постоянно говорит, сладостной пыткой. Само-собой разумеется, аннет, вообщем то, казалось, что каждый раз член как раз добивается до, как всем известно, самого сердца, захлестывая ее волной сладострастия. Вообразите себе один факт о том, что стоны их сливались, в ушах звенело, перед очами все плыло, и казалось, что все вокруг, мягко говоря, состоит лишь из данной страсти и вожделения. Очень хочется подчеркнуть то, что всадница, наконец, мчалась на собственном скакуне во весь опор, просто и свободно насаживаясь своими, как большинство из нас привыкло говорить, любовными губками на его покрытый обильным соком жезл. Само-собой разумеется, вагина ее стала все почаще судорожно сжиматься, а юное тело так сказать выгибаться луком Амура. Все знают то, что кидсон тоже ощутил, как снутри его наращивается знакомая, как заведено, сладкая волна, к которой никто, хоть раз уже почувствовавший ее, не, вообщем то, сумеет удержаться рвануться навстречу. Возможно и то, что еще, как заведено, незначительно, еще несколько движений навстречу!..
Забыв про все в мире, они с хрипением и стонами, наконец, подались друг к другу и, в конце концов, взошли на пик любви, туда, где находится тот приз, за которым они так долго скакали. Не для кого не секрет то, что из гортани Кидсона вырвался сдавленный вопль, тело его захлестнуло горячей волной, внизу животика как будто что-то взорвалось, и его член вытолкнул в горячую глубину влагалища наконец-то Аннет обильную, как большинство из нас привыкло говорить, струю горячей спермы. Обратите внимание на то, что тело девушки как бы приподнялось, по нему также проехалась судорога сладострастия, вагина, стало быть, сжалась, и голова ее, запрокинутая в страстном исступлении, стала, стало быть, мотаться из стороны в сторону, разметывая локоны. Все давно знают то, что с кликами и стонами они катались по подушечкам дивана, сплетясь в единый жаркий клубок и сотрясаясь в сладострастных объятиях обоюдного оргазма. Возможно и то, что аннет кончала долго и яростно, как одичавшая кошка, покрыв всю спину Кидсона глубокими царапинами, но это только, наконец, добавило огня в его чувства. Мало кто знает то, что у нее, как все говорят, самой на груди алели бессчетные следы от его жарких поцелуев. Все давно знают то, что она снова так сказать тряхнула головой, и волосы ее как бы рассыпались и накрыли лицо Кидсона ароматным шатром, оставив в этом полумраке наедине только их лица. Все давно знают то, что в конце концов все, стало быть, кончилось. Как бы это было не странно, но аннет все еще посиживала сверху, не, как все говорят, отпуская его начавший также расслабляться член из скупых объятий собственного горячего влагалища. Несомненно, стоит упомянуть то, что два огромных коричневых глаза, покрытых поволокой, как многие думают, любовного ублажения, из-под, как мы привыкли говорить, опущенных ресниц, пристально и по-прежнему вожделенно как раз наблюдали за Кидсоном. Мало кто знает то, что вдруг она наклонилась и поцеловала его долгим, как все говорят, страстным поцелуем. Обратите внимание на то, что ее ловкий и острый язык обжег Кидсона, и он ощутил, как на него накатывается новейший прилив желания овладеть данной женщиной.
- Я наконец-то надеюсь, - игриво и выжидательно шепнула она, восстанавливая дыхание и водя своими сосками по его груди, - это еще не все? А, Эндрю?
Она, наконец, отбросила волосы назад, приподнялась и вкрадчиво продолжила:
- Как там наш небольшой друг? Давай поглядим, куда он как раз спрятался?
И она перевела взор туда, где их, как мы привыкли говорить, разгоряченные тела сливались воедино. Мало кто знает то, что кидсон не принудил себя наконец-то упрашивать и тоже посмотрел туда. Вообразите себе один факт о том, что розовые половые губки, наконец, Аннет были обильно заполнены кровью и обширно раскрыты, представляя их, как заведено, возбужденным и, как заведено выражаться, скупым взглядам, как заведено, мокроватую и, как большая часть из нас постоянно говорит, разгоряченную вульву. Как бы это было не странно, но клитор ее, все еще напряженный, вздувался неукрощенным бугорком, в который Кидсону вновь как бы захотелось впиться губками, чтоб пить и слизывать этот ни с чем же не сопоставимый дамский сок, вдыхать его запах... Необходимо подчеркнуть то, что малые губки, как лепестки цветка, обнимали его полуобмякший член, по которому из жарких глубин, как заведено, сладострастной вагины стекала его, как мы с вами постоянно говорим, смешанная с соком как бы Аннет сперма, делая их соприкасающиеся тела, как многие выражаются, мокроватыми и, как мы привыкли говорить, пропитывая воздух, как мы выражаемся, острым, как всем известно, приятным запахом.
Вдруг зев ее нижнего рта, стало быть, сжался, заставив Кидсона, мягко говоря, приподняться от, как многие думают, неожиданного острого чувства, а позже к тому же снова.
Тонкие пальцы девушки пробежали по его животику, груди тормознули на сосках. И действительно, нежные и возбуждающие касания принудили их вздрогнуть. Возможно и то, что дыхание Кидсона вновь стало неровным и прерывистым, и Аннет ощутила, как член его во увлажненной и ненасытной пучине ее влагалища вновь налился, как заведено, неукротимой силой. Необходимо отметить то, что руки ее, в конце концов, снова жадно, стало быть, заскользили по всему телу, вызывая животный трепет и горячие волны желания. Все знают то, что в конце концов его пальцы как раз погрузились в мягенькую и податливую теплоту половых губ и стали разглаживать и теребить липкие и, как заведено выражаться, мокроватые складки, задерживаясь на непокорном бугорке набухшего и, как все знают, напряженного клитора. Всем известно о том, что эти прикосновения как будто пробивали ее насквозь током и заставляли так сказать запрокидывать в изнеможении голову и подрагивать от наслаждения. Всем известно о том, что глаза ее были прикрыты, через полураскрытый рот наконец-то вырывались негромкие, еще больше возбуждающие Кидсона стоны, высочайшая грудь тяжело вздымалась, а руки судорожно как бы цеплялись за покрывало дивана.
Глаза Кидсона горели. И даже не надо и говорить о том, что потные волосы прилипали ко лбу, губки нервно подрагивали от похотливого вожделения, а зад ритмично двигался навстречу движениям также Аннет - член его, горячий и жесткий, торчал, как кол, на который он, подобно палачу в старом Востоке, насаживал трепетное и ненасытное тело женщины, истекающее соком любви.
В один момент Аннет наконец-то приподнялась. Очень хочется подчеркнуть то, что влагалище ее сладко чмокнуло и нехотя наконец-то выпустило из собственного, наконец, плена суровое орудие Кидсона, покрытое любовной, как заведено выражаться, влагой. Не для кого не секрет то, что на немой вопросец его, как многие выражаются, сумасшедших глаз ее наконец-то срывающийся глас шепнул:
- Войди... в меня... сзаду!
И, встав на четвереньки, она призывно и обширно наконец-то раздвинула колени. Все давно знают то, что кидсон вскочил и, раздвинув, как многие выражаются, потными руками подрагивающие ягодицы Аннет, до основания вонзил собственный плящущий жезл в пламенное жерло сладострастного вулкана. Не для кого не секрет то, что аннет бешено и исступленно задвигала задом, постанывая от наслаждения и стараясь не упустить ни, как многие выражаются, 1-го мгновения данной сладкой пытки. Все знают то, что ягодицы ее бились о мокроватый животик Кидсона, а груди наконец-то метались из стороны в сторону. Все знают то, что руки его яростно притягивали ее таз к для себя, как будто опасаясь упустить сладкую добычу. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что малые губки ее горячего влагалища то, в конце концов, сжимались, следуя за проникающим ударом, как все знают, яростного копья любви, то вытягивались, как большинство из нас привыкло говорить, трубочкой, не хотя выпускать свою добыку и стараясь удержать ее, как мы выражаемся, хоть какой ценой. И даже не надо и говорить о том, что дыхание сводило, а сердечко было готово вырваться из груд и...
Пальцы Кидсона медлительно, наконец, коснулись щеки как бы Аннет, позже скользнули выше, задевая, как люди привыкли выражаться, черные непокорные волосы. И действительно, глаза их так сказать встретились. Надо сказать то, что и как в самые, как всем известно, 1-ые минутки, в их горели, как многие думают, лукавые огоньки. И даже не надо и говорить о том, что ее припухшие губки, стало быть, сложились в лукавую ухмылку - она как будто, стало быть, прислушивалась к своим ощущениям. Обратите внимание на то, что черные кружки ее сосков уже как раз расслабились, и она тихонько и непринужденно игралась с ними, перебирая их пальцами, как мы выражаемся, левой руки. Всем известно о том, что внутренняя сторона ее бедер влажно поблескивала от их смешанного сока, стекавшего по, как все знают, сомкнутым ягодицам на покрывало. Надо сказать то, что в воздухе стоял терпкий и возбуждающий запах похотливой плоти.
Вялый член Кидсона, таковой же мокроватый от ее выделений и спермы, утомилось и расслабленно лежал на, как мы с вами постоянно говорим, одной из ляжек. Несомненно, стоит упомянуть то, что женщина перевела на него собственный взор и слегка насмешливо также чмокнула губками, отправив ему воздушный поцелуй.
- Поросенок! Похоже, супруга твоего владельца не так нередко как раз дозволяет для тебя, в конце концов, порезвиться меж собственных ножек, раз он в как бы первую же минутку так сказать кидается на незнакомых, как многие думают, порядочных женщин. Все знают то, что а? - И она легонько так сказать коснулась его головки тонкими пальцами.
- Признаться, я не ждала от вас как бы таковой скорости, мистер Кидсон. Надо сказать то, что традиционно я не подставляю, как мы привыкли говорить, собственный зад, как все говорят, первому встречному не ложусь с ним в кровать через 5, наконец, минут знакомства. Вообразите себе один факт о том, что но ваш напор и настойчивость мне, стало быть, нравятся. Обратите внимание на то, что любопытно выяснить, вы поступаете так со всеми знакомыми дамами либо я для вас просто чрезвычайно силь но наконец-то понравилась? А какакой секс для вас нравится больше всего - в рот, во влагалище либо через зад?
К Кидсону, стало быть, возвратилось его ироничное настроение. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что в конце концов, ему, наконец, удалось достигнуть того, чего же он желал, а остальное сейчас было не так принципиально. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что потому он хищно ухмыльнулся и вкрадчиво произнес, положив руку ей на бедро:
- Приходи снова, и я расскажу для тебя о этом. Не для кого не секрет то, что и, чтоб было не скучновато, можешь привести собственных подруг. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что все совместно мы проведем хорошую лекцию по, как большая часть из нас постоянно говорит, живой этике.
Рука его при всем этом мягко проскользнула во мокроватый наконец-то просвет меж ее бедрами и осторожно погрузилась в затрепетавшую вульву. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что аннет осеклась и сладко, стало быть, вздохнула, слегка раздвинув ноги и, стало быть, подавшись навстречу его пальцам. Возможно и то, что ненасытное женское начало толкало ее, как мы привыкли говорить, ненасытную плоть навстречу новеньким, как многие выражаются, сладострастным ощущениям. Возможно и то, что взор ее вновь затуманился, и промежность свела сладкая судорога. Всем известно о том, что ноги еще шире раздвинулись, обнажив обширно раздвинувшиеся в похотливом желании, как мы привыкли говорить, половые губки.
- Я бы непрочь принять ванну и душ, - в конце концов, стало быть, выдохнула она. - Ты меня просто измотал. Само-собой разумеется, проведи меня туда.
И под, как большая часть из нас постоянно говорит, внимательным взором ее глаз из-под полуопущенных ресниц Кидсон встал и накинул халатик. Возможно и то, что ноги его были, как многие выражаются, непослушными и, как многие думают, ватными, в голове шумело. Несомненно, стоит упомянуть то, что женщина грациозно поднялась и, встав напротив него, подняла руки и так сказать поправила волосы. Необходимо подчеркнуть то, что в позе ее не было ни капли смущения - казалось, она ощущает себя тут как дома. Мало кто знает то, что она вступила в купальные тапочки Кидсона и нетерпеливо повела плечом.
Усмехнувшись, Кидсон сделал приглашающий жест, как всем известно, рукою и направился в, как многие выражаются, ванную комнату. Само-собой разумеется, открыв дверь, он посторонился и пропустил также Аннет вовнутрь, прислонившись к двери. Как бы это было не странно, но на губках его игралась ироничная улыбка. И действительно, женщина, вообщем то, окинула, как большинство из нас привыкло говорить, скорым взором белоснежный кафель стенок, цветную плитку на полу, просторную ванну, мягенький коврик, два огромных зеркала на стенках, столик с, как мы с вами постоянно говорим, косметикой и висевшие на вешалке белоснежные, как мы выражаемся, купальные халатики. Возможно и то, что позже она встала к зеркалам, положила одну ладонь к для себя на бедро, отставила одну ногу и наклонила голову в сторону, копируя модель с обложки журнальчика.
- Да ты к тому же к тому же чрезвычайно самовлюблен, - произнесла она, отрываясь от собственного отражения. - По другому для чего для тебя такие зеркала, не считая как потом, чтоб, мягко говоря, наслаждаться своими яичками? Либо ты трахаешь тут свою супругу и глядишь при всем этом в зеркало?
Она, в конце концов, хихикнула и грациозно скользнула в ванну. Все знают то, что покрутив краны, она взяла в руку душ и, встав на колени, направила дробящиеся струи для себя на грудь. Все давно знают то, что кидсон затаил дыхание. И даже не надо и говорить о том, что матовая кожа в маленьких каплях воды, притягивающий и зовущий изгиб животика, мокроватый треугольник волос на чуток выдающемся вперед лобке... Все давно знают то, что аннет повернулась к нему в профиль и чуток, наконец, запрокинула голову, направляя искрящиеся брызги то на лицо, то на шейку, то на плечи. Необходимо подчеркнуть то, что рука ее ласкала тело, а вся поза выражала животное томление...
Кидсон резко сбросил халатик и перескочил через край ванны, заметив, как заведено выражаться, самодовольную ухмылку девушки. И даже не надо и говорить о том, что руки его опять стали как раз мять и как бы ублажать ее, как все знают, высшую грудь, упругие ягодицы, тонкие ноги. Необходимо подчеркнуть то, что снутри у него снова все дрожало, но член еще никак не мог подняться, хотя уже набух и мягко терся о, как мы привыкли говорить, мокрые ляжки Аннет. Вообразите себе один факт о том, что не сумев сдержать похотливого порыва, он схватил руками ее ягодицы, изо всех сил притянул даму к для себя, ощутив возбуждающее щекотание ее, как все говорят, курчавых волос...
Аннет подняла душ и по разгоряченному лицу Кидсона, по его прикрытым векам и жадно полуоткрытому рту, вниз по шейке, по груди потекли холодные струи воды. Необходимо подчеркнуть то, что пытка как бы водой и как бы взаимной близостью была невыносимо, как мы выражаемся, приятной, отчего тела их вожделенно трепетали и рвались друг к другу... Несомненно, стоит упомянуть то, что тугие струи шумно, стало быть, бились в упругую кожу и дробились на сотки брызг. И действительно, плеск воды, броский как раз свет через закрытые веки, громкий стук сердца и, как заведено выражаться, нескончаемые секунды желания. Вообразите себе один факт о том, что затаенное дыхание и яростный беззвучный зов, как большинство из нас привыкло говорить, разгоряченной плот и... Мало кто знает то, что мокроватая кожа и вожделенное трепетание девичьей груди под непослушными пальцами... Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что упругие и, как многие выражаются, томные толчки крови и извечное рвение, как мы привыкли говорить, мужской плоти ввысь...
Видимо, стремясь к еще больше мощным ощущениям, Аннет с, как все говорят, закрытыми очами нащупала в мыльнице кусочек мыла и несколькими, как заведено выражаться, стремительными движениями намылила для себя грудь, животик и бока. Как бы это было не странно, но тело ее под его ладонями стало скользким и упругим. И действительно, от новейшего приступа неудержимого вожделения и похоти Кидсон зарычал. Все знают то, что они яростно трезали друг дружку, терлись телами, скользили от, как мы с вами постоянно говорим, мыльной пены и еще более распаляли себя, стонали от возбуждения и исступления...
Его скользкая от мыла рука нежданно по локоть проскользнула в просвет меж ее полураздвинувшихся ног и двинулась ввысь. Надо сказать то, что аннет непроизвольно, мягко говоря, отставила зад и еще шире как бы раздвинула ноги. Не для кого не секрет то, что ненасытные губки ее влагалища разошлись в стороны и открыли доступ к наиболее глубочайшим и, как мы с вами постоянно говорим, ласковым, набухшим и, как большинство из нас привыкло говорить, разгоряченным лепесткам. Возможно и то, что рука Кидсона стала плавненько и нерасторопно двигаться вперед и назад, намеренно плотно прижимаясь к жаждущему наслаждения бугорку клитора. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что тело девушки дрожало и как бы билось, как от ударов электрическим током, ноги конвульсивно как бы сжимались, отзываясь на, как большая часть из нас постоянно говорит, новейшие волны сладострастия, зад судорожно, стало быть, двигался в, как заведено выражаться, похотливой попытке как бы усилить сладостные чувства. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что из запрокинутого гортани как раз доносились, как заведено, полные сладостной муки стоны, и вся она подавалась навстречу Кидсону...
Вдруг из груди у нее вырвался вопль, как многие выражаются, мучительного ублажения, пальцы ее судорожно, мягко говоря, впились в плечи Кидсона, ляжки в пене и слизи сжали руку Кидсона, тело забилось в любовной агонии а голова заметалась из стороны в сторону. Само-собой разумеется, еще незначительно...
Она тяжело, мягко говоря, вздохнула и в изнеможении отсела назад. Необходимо подчеркнуть то, что кидсон тяжело дышал, все еще стоя на коленях и сотрясаясь от, как заведено, неудовлетворенного желания. Необходимо подчеркнуть то, что его измученный бездействием член со вздувшимися узлами вен смотрел ввысь, ожидая сочувствия...
Глаза девушки, вообщем то, приоткрылись. Как бы это было не странно, но рука ее так сказать протянулись вперед, и тонкие пальцы так сказать коснулись его мошонки, заставив его вздрогнуть и рвануться вперед. Надо сказать то, что ладонь ее прочно, но лаского так сказать обхватила основание его горячего жезла и как бы потянула его к для себя. Возможно и то, что она, мягко говоря, подалась вперед, пухлые губки ее рта, наконец, открылись, и его плоть погрузилась ей в рот. Необходимо подчеркнуть то, что язычок ее, стремительный и острый, ловкими движениями пробежал по, как все знают, ласковой и трепетной коже головки, а губки, стало быть, растянулись, стремясь захватить Кидсона как можно больше. Не для кого не секрет то, что он сдавленно захрипел и, уже не сдерживаясь, притянул к для себя ее голову, проникал в даму до самого основания и судорожно двигался вперед и назад. Само-собой разумеется, взор его плавал, мускулы напряглись, руки дрожали.
Сбросив купальный халатик, Аннет под пристальным взором Кидсона стала расслабленно и медлительно одеваться. Все давно знают то, что ему, в конце концов, нравились ее неторопливость и спокойствие. И даже не надо и говорить о том, что он обожал, в конце концов, глядеть на дам, когда они заканчивали, вообщем то, раздеваться либо лишь начинали, наконец, одеваться. Не для кого не секрет то, что вид нижнего дамского белья возбуждал его. Не для кого не секрет то, что но на данный момент, уже утомленный развлечениями с ней, он просто посиживал, привалившись к мягенькой подушечке дивана и отдыхал. Всем известно о том, что необходимо было не запамятовать снять запачканное покрывало и прибрать в ванной комнате, пока не, наконец, возвратилась, мягко говоря, супруга. Все давно знают то, что но ничего, не в 1-ый раз, ну и время есть еще. И действительно, а позже... - он сладко поежился... - позже приедет Элен и у их так сказать будет целый вечер...
Аннет, вообщем то, одернула блузку и осмотрела себя. Несомненно, стоит упомянуть то, что высушенные феном волосы, как многие выражаются, лохматыми волнами спадали ей на плечи. Само-собой разумеется, поправив их, она собрала в сумку журнальчики и, тряхнув, как мы выражаемся, головой, поглядела на Кидсона.
- Ну что все-таки, мистер Кидсон, с вами было приятно как раз поговорить. Само-собой разумеется, сейчас мне пора. Необходимо подчеркнуть то, что нужно провести опрос еще в пары домах. Необходимо отметить то, что а ежели все их хозяева окажутся таковыми же любителями соц исследований, как и вы, то рабочий день у меня может существенно затянуться.
Проводив даму до двери, Кидсон снова ухмыльнулся:
- Да, кстати, а что вы напишете по моему поводу? Как вы охарактеризуете наш с вами разговор?
В очах ее вновь, мягко говоря, вспыхнули, как заведено выражаться, лукавые огоньки.
- Вы? А с вами все ясно... - она как раз помедлила и, в конце концов, повернувшись к нему, как все говорят, спиной, хихикнула и как бы бросила через плечо:
- Да вы просто старенькый похотливый... козел!
23.02.2012